Гражданская восьмерка 2006

Гражданская восьмерка — это возможность для каждого
участвовать в обсуждении глобальных проблем!


 

Модный писатель Ирина Лежава

ООД Гражданское достоинство - оператор грантов для НКО



Точки зрения

Джон Киртон

16.03.07

Джон Киртон
Руководитель научной группы по исследованию G8 университета Торонто
Виктория Панова

03.12.06

Виктория Панова
Директор научной группы по исследованию G8 университета Торонто в России
Мона Брике

03.12.06

Мона Брике
Форум германских НПО по окружающей среде и развитию
Найджел Мартин

03.12.06

Найджел Мартин
Монреальский Международный Форум
Питер И. Хайнал

02.12.06

Питер И. Хайнал
Университет Торонто Исследовательская группа «большой восьмерки»

Стенограммы пленарных заседаний и "круглых столов"

Стенограмма "круглого стола" по вопросам образования Международного Форума "Гражданская Восьмерка-2006". 10 марта 2006г.


Часть I

Ведущий. Доброе утро, дорогие друзья. Во-первых, я бы очень попросил, выключите, пожалуйста, звук ваших мобильных телефонов, он будет нам мешать. Во-вторых, у меня есть несколько предложений, я хотел с вами посоветоваться по формату нашей дальнейшей работы. В ходе этого первого заседания я хотел бы прежде всего предоставить слово ведущим четырех групп, которые были вчера, чтобы они подробно рассказали о своих результатах и обменялись своими впечатлениями. После этого будет ряд выступлений, ко мне обратились несколько человек, которые не успели вчера представить какие-то общие, короткие, на пять минут презентации. Затем я хотел бы обсудить с вами порядок дальнейшей работы и ее желаемый результат, потому что у меня есть некое понимание, я хочу, чтобы оно стало каким-то общим, и мы обсудили, что же и как мы делаем, и что мы получим в итоге сегодняшней работы.
Первой была секция «Гражданское образование», и я попрошу Валентина Гефтера это озвучить.

Гефтер. Спасибо. Вы знаете, я, конечно, надеялся, что мы еще с утра поработаем в секции, а потом будет суммарная встреча. Я попробовал написать очень коротко, в режиме того, что мы вчера продедали для презентации перед шерпами для Антона Михайловича, наш, так сказать, суммариум. Конечно, там многое упущено. Поскольку до меня дошли слухи, что там был некий сумбур, и на пленарной сессии с шерпами не очень точно что-то выяснилось, я позволю себе просто зачитать нашу очень короткую выжимку.
И, может быть, потом участники секции, нас было порядка 20 человек, только россияне – так уж получилось, видимо, гражданское образование в других странах «восьмерки» лучше. Мы интенсивно поработали и постарались выжать коротко, чтобы предложить всем вам для дальнейшего обсуждения и включения в общий список предложений.
Здесь два блока. Один самый большой, другой немножечко поменьше, но, по-моему, по значению они один другого стоят. Блок один: объявить 2007 год годом гражданского образования, в рамках которого: первое - разработать и принять конвенцию ООН о гражданском образовании и просвещении в сфере прав человека. Признать, что всемирный третий сектор является равноценным партнером государств в продвижении и реализации гражданского образования, для чего создать международный экспертный институт, в скобках – фонд, по данной проблематике, задачами которого должны стать: разработка общепринятого содержания данного понятия, образовательных стандартов и критериев оценки качества гражданского образования. Второе: внедрение инноваций, современных технологий обучения и просвещения. Третье: аккумуляция и распространение опыта таких гражданских практик в рамках образовательных учреждений и жизни местных сообществ, как: добровольчество, выборные процедуры, деятельность уполномоченных по правам участников образовательного процесса.
Третье, в рамках этого года образования: признать, что создание систем гражданского образования и программ его реализации возможно только при сочетании государственного обучения и неформального просвещения в этой сфере. Для чего формировать государственный заказ на создание информационно-правовых центров гражданского образования на местном уровне, создать – это у нас было под вопросом – международную компьютерную сеть виртуального доступа к центрам информации и обучения граждан правовым знаниям и механизмам национальной и международной защиты их прав. Это первый блок, к сожалению, он еще не закончен.
И второй блок – это звучит так: на основе мирового опыта рекомендовать создание, в первую очередь, в России системы участия юридического и правозащитного сообщества в профессиональной подготовке сотрудников закрытых систем и просвещения их контингента. Для этого совместно с экспертами третьего сектора разработать рамочные стандарты и механизмы гуманитарного и профессионального обучения и повышения квалификации отдельных категорий должностных лиц оборонного, милицейского, пенитенциарного ведомств, детских и иных учреждений социальной защиты. Закрытых, в первую очередь.
Второе – ввести общепринятый порядок оценки соответствия указанных должностных лиц их служебным обязанностям и повышения их по службе в зависимости от их успехов в процессе гражданско-правового обучения и переквалификации. Третье – рекомендовать организацию в государственных и ведомственных средствах массовой информации всех уровней постоянно действующих просветительских и обучающих программ в сфере гражданского образования, для чего создавать специальные фонды и практиковать государственный и местный заказ на создание таких целевых проектов и программ.
Вот пока рамочное, но уже все-таки наполненное живым содержанием наше послание, которое мы собираемся обсудить сегодня на работе секции и вместе дальше продвигать его. Спасибо.

Ведущий. Большое спасибо. Я прошу выступить от второй секции, я знаю – кто-то хотел выступить.

Ян. Доброе утро, уважаемые коллеги. Вы знаете, честно говоря, я не ожидал, что мы будем заниматься этими вопросами сегодня утром. Вчера мы говорили об участии граждан в разработке системы обучения при поддержке правительств. Мы разработали три вопроса. Мы дали три ответа на вопросы, которые были заданы вчера. Прежде всего, это саморегулирование процесса обучения. Во многих странах, где разрабатываются программы обучения, существуют специальные учреждения, центры, специальные школы и интернаты, в которых на пилотной основе апробируются эти методы. При этом мы задействуем самые широкие слои населения. Мы должны подумать, как нам продвинуться еще дальше по этому вопросу. Во всем мире большое количество родителей не знают, как им обеспечить прозрачность в тех школах, где учатся их дети-инвалиды. Это очень важно и для детей, и для родителей, потому что нам необходимо обучать детей так, как это нужно по мировым стандартам. Вы представляете, эти дети-инвалиды вынуждены проходить курс обучения дома, в изоляции от остального мира, не имея контакта со своими сверстниками. Я вам могу точно сказать, что домашнее обучение не может являться заменой полномасштабному обучению по утвержденной системе в общеобразовательных школах и институтах.
Кроме того, мы должны вводить специальные финансовые программы, возможно, какие-то гранты, для того чтобы эти денежные средства способствовали развитию образования. Кроме того, мы должны как можно активнее привлекать к работе учителей, родителей, деловое сообщество. Конечно, мы более-менее пришли к консенсусу, потому что все участники нашей секции понимали, о чем идет речь, и понимали важность этой проблемы. Что же нам нужно? Нам нужно введение законов и нормативно-правовых актов, которые будут являться основой и базой для нашей работы. Потому что эти правовые нормы можно будет применять к конкретным родителям, к конкретным детям и учителям. Именно эти мысли нужно донести до наших политиков, это крайне важно. Необходимо идти по вертикальной структуре в направлении сверху вниз. Если инициатива будет исходить и от наших политиков, и от родителей, и от учителей, то где-то в середине мы встретимся, и наконец сможем определить, что нам нужно, как нам к этому стремиться и как нам этого достигнуть. Потому что на местном уровне люди активно участвуют в работе, и на местном уровне мы можем понять и оценить то, что нам нужно, и то, что нужно для обучения детей-инвалидов.
В Великобритании мы также используем такую методику, как обмен наиболее прогрессивной, оптимальной информацией, и в России можно использовать ту же самую модель. В Великобритании мы достигли впечатляющих результатов, аналогичные результаты могут быть достигнуты и в России. На самом деле весь мир восхищается, как вы работаете, восхищается вашим энтузиазмом, и по всему миру каждый человек понимает, что развитие образования – это очень важно. Без этого невозможно развивать экономическую составляющую страны. Это те вопросы, которые мы обсуждали, это краткий перечень того, чем мы занимались. Итак, может быть, какие-то вопросы, замечания, комментарии? Да, пожалуйста.

Боуэн. Марк Боуэн, Великобритания. У меня есть вопрос. Вы говорите, что наши политики говорят, что образование должно развиваться в направлении сверху вниз. А на каком уровне и на каком этапе будет включаться промышленность, и когда мы наконец придем к работе на местах? Потому что образование на местах – это очень важно. Конечно, необходимо привлекать различные стороны к сотрудничеству, это не просто образование, не просто промышленность. Нужно работать на демократической основе и необходимо вводить новые расписания и учебные планы в учебных заведениях. Конечно, мы не должны ограничиваться какой-то одной промышленностью или чем-то еще.

Ян. Да, я понимаю, о чем Вы говорите. Но смысл моего выступления состоял в том, что общество и правительство каждого государства должны активно участвовать в формировании системы образования в своей стране. Вы знаете, на самом деле в своем выступлении я в основном говорил о Великобритании. Возможно, специфика нашей страны отличается от российской специфики, в Великобритании промышленность и частный сектор очень сильно представлены в области образования. Потому что если вы закончите учебное заведение и не будете обладать достаточной квалификацией, вы просто не сможете найти работу. Вам придется идти на какие-то курсы по переобучению, куда-то еще. Вы не сможете найти работу. Именно поэтому в нашей стране, в Великобритании, такую большую роль играет частный сектор. Мы обучаем людей, обучаем наших учеников и студентов таким образом, чтобы по окончании учебного заведения они смогли легко найти высокооплачиваемую и стабильную работу. Мы смотрим на различные заведения и в Великобритании, и в других странах, например, в Америке. Мы подходим к этому вопросу с различных сторон и мы смотрим, что у нас очень много позитивных моментов, и мы должны распространять этот позитивный опыт на другие страны.

Сьюзан. Тоже из Великобритании. Мы провели очень серьезное обсуждение с представителями деловых кругов. Мы спрашивали, чего они хотят от нашей системы образования в Великобритании. Я бы очень хотела связаться со всеми вами, кто проводит такие же исследования. После многих десятилетий нашей работы мы обнаружили, что наши работодатели, по крайней мере в Великобритании, не хотят больше подготовки по каким-то научным предметам, по математике – потому что все это уже есть. Они хотят, чтобы люди были более коммуникабельными, чтобы они могли общаться друг с другом. Вот этого они хотят. Все это возможно, этого можно добиться при помощи инклюзивного образования.
Я просто хочу подчеркнуть, что, может быть, существует какая-то взаимосвязь между всеми целями, которых мы хотим добиться, и, может быть, инклюзивные школы очень плохо связаны с нашими целями, которых мы хотим добиться в области промышленности. На самом деле нет, это все очень взаимосвязано. Потому что вы видите, представители деловых кругов не хотят нанимать тех людей, которые приходят к ним на работу и владеют только какими-то навыками, не могут общаться с основными работниками. Они хотят людей, которые приходят на работу и соблюдают все этические правила. То есть приходят вовремя, проявляют исполнительность. Когда мы говорим о том, чтобы включить в систему образования детей с различными отклонениями, детей-инвалидов, это еще раз ставит перед нами вопрос, насколько плотно нужно с ними работать над развитием их индивидуальных качеств.

Реплика. Сью, извините, я должен Вас немного прервать, мы сейчас говорим о правительствах, мы не говорим сейчас о детях-инвалидах и об инклюзивности. Пока мы говорим с вами о правительствах и об управлении. Мы с вами сейчас говорим о школьных органах самоуправления, потому что именно они вырабатывают стратегическое направление - в какую сторону будет направляться развитие образования в той или иной школе. Потому что инклюзивность берется за данное, не обсуждается.

Ведущий. Я предоставляю слово руководителю следующей группы, группы номер три, которая была как раз посвящена инклюзивному образованию для всех. Пожалуйста, только представьтесь.

Суждение. Можно включить экран? У меня также есть и распечатки моей презентации, к сожалению, только на английском языке. Наша группа обсуждала вопросы инклюзивного образования, и после определенного обсуждения мы почувствовали, что было бы очень важно включить в наши рекомендации для «восьмерки» - подчеркнуть ту роль, которую «восьмерка» играет при развитии системы инклюзивного образования и распространении ее на все остальные страны. Мы сформулировали наши рекомендации таким образом. Мы начали с вопроса признания. Итак, необходимо признать то, что около 15 миллионов детей оказываются исключенными из школьного образования. Необходимо обеспечить бесплатное и обязательное образование для них к 2015 году.
Также необходимо очень быстро принять краткосрочные инициативы, быстро реализуемые, для того чтобы помочь странам, которые наиболее отстают от данных показателей, добиться этого. Тогда мы разработали три рекомендации. Первая рекомендация, и я очень рада, что сегодня уже прозвучало признание остальными группами нашей работы. Итак, рекомендация заключается в поддержке инклюзивного образования. Руководители «восьмерки» приняли на себя обязательства по развитию системы инклюзивности. Мы слышали декларации со стороны Канады, со стороны остальных стран. И были приняты определенные рекомендации по развитию образования в Африке. Но мы хотели бы услышать более обширное обязательство по поводу включения всех детей в систему образования. Особенно хотелось бы подчеркнуть необходимость обращения особого внимания на наиболее уязвимые группы детей, на детей, которые учатся в специальных учебных заведениях, на подростков, которые живут на улицах и нигде не учатся.
Вторая рекомендация заключается в заключении межправительственного соглашения о продвижении сотрудничества между странами «большой восьмерки». Мы считаем, что это сотрудничество должно проходить на многих уровнях, между руководителями школ, между руководителями институтов и общественных организаций. Особенно это касается членов семей, в которых проживают дети-инвалиды. Это рекомендации, которые предназначены специально для руководителей стран «большой восьмерки».
И, наконец, третья рекомендация – необходимо выделять около 10 миллиардов долларов в год на реализацию краткосрочных программ помощи. Эти цифры однажды уже выплывали на встречах стран «большой восьмерки», и, мне кажется, что это обязательство очень важно. Со стороны Великобритании поступило предложение, что 20 процентов этой суммы должно тратиться именно на обучение. Мне кажется, что мы все сходимся во мнении относительно того, чего нам нужно добиться. Вот такие три рекомендации.

Ведущий. Большое спасибо. Вопросы? Да, пожалуйста.

Вопрос. Я бы не сказал, что во многих странах дети, которые получают образование дома, вынесены за рамки, но о них, может быть, немножко позабыли.

Ведущий. Да-да, давайте их тоже внесем туда. Дети, которые получают образование дома. Какие-нибудь еще комментарии? Прошу, очень коротко. Это реплики, это не обсуждение.

Реплика. Передо мной английский текст, мне кажется, что во втором пункте упущен момент, связанный с предложением государствам финансировать такое международное сотрудничество. В этом тексте не совсем ясны те обязательства, которые будут приниматься государствами по такому соглашению. Мне представляется, что если это будут только соглашения декларативного характера, не подкрепленные финансовыми ресурсами, это не очень хорошо.

Ведущий. Хорошо, спасибо. Следующий. Пожалуйста, Марк.

Марк. Я буду очень краток. Я задавался вопросом: этот призыв к инклюзивному образованию, образованию для всех – основан ли он на правах человека? Принципы прав человека, мне кажется, играют достаточно фундаментальную роль, когда мы говорим об инклюзивном образовании. Например, все это очень хорошо вытекало из вчерашнего обсуждения. Допустим, социальная инвалидность, скажем так, или социальная ограниченность какая-то, она оказалась неохваченной, к сожалению.

Реплика. У меня предложение.

Ведущий. Представьтесь, пожалуйста.

Кац. Юрий Михайлович Кац, город Владимир, Ассоциация родителей детей-инвалидов «Свет». Я предлагаю обратиться к руководителям восьми стран, с предложением ввести обязательное обучение детей государством. Чтобы государство отвечало за обучение. Подвожу обоснование. Из общего количества детей-инвалидов в России более трети не учатся, и государство за это не отвечает. Если мы это войдет в обязанности государства - чтобы все дети учились, - мы решим громаднейшие проблемы. Спасибо.

Ведущий. Спасибо большое. Да, пожалуйста. Представьтесь.

Клепиков. Клепиков Александр Васильевич, Всероссийское общество инвалидов. У меня два предложения. Первое предложение: так как обучение детей-инвалидов многогранно, важна доступность инфраструктуры и доступность школ и психологическое образование общества, чтобы родители здоровых детей могли их принять, оно предполагает комплексность этой проблемы. Комплексность этой проблемы отражена, как я говорил, в той конвенции, которая сейчас разрабатывается в ООН. Эти предложения как бы провисают. В правовом аспекте мы должны поддержать принятие этой конвенции.
Второй момент. Когда мы говорим об инклюзивности, мы должны подчеркнуть одно: что мы за многообразие форм, которые позволяют ребенку обучиться. Но подчеркнуть, что инклюзивное образование – это приоритетная на сегодня форма, а не исключающая все остальные.

Ведущий. Хорошо, спасибо большое. Я вижу, что эта тема еще не закрыта, есть что обсуждать, и у вас будет еще довольно много времени сегодня. Я думаю, что содержательную дискуссию по этой теме мы через следующие полчаса продолжим на вашей секции, потому что я хочу, чтобы у нас все-таки все секции на общем заседании сегодня выступили. И я предоставляю слово Аркадию Аркадьеву, который вел четвертую группу.

Арканьев. Уважаемые коллеги, вначале я позволю себе два комментария по поводу всего предшествующего. В этот момент готовится национальный доклад о развитии образования на Госсовет Российской Федерации, который состоится 24-го марта. Госсовет для иностранцев – это все губернаторы и Президент Российской Федерации. И я тоже член рабочей группы по подготовке этого документа, и в числе прочих разделов я писал раздел «Защита детства».
И все темы, которые мы сегодня затрагивали, они войдут. Мы включили задачу инклюзивного образования. Но не надо все это делать в режиме императива: заставим, всех инклюзируем. Есть дети, которые не хотят. Мы должны предоставить широкие возможности и безусловное право. Но это длительный, конечно, процесс, потому что он капиталоемкий, надо очень много кадров готовить и так далее.
Второе, что мы сделали – это резкое будет усиление социальное, психолого-педагогических, медицинских и правовых служб в помощь ребенку для образовательных учреждений. Дети, которые будут переходить в обычные школы, они нуждаются в специальной поддержке. Это тоже будет делаться. Это первая ремарка.
Вторая ремарка вот какого рода. У меня был вчера культурологический шок. Я думал, не меньше половины людей, которые сидели в зале, пойдут на тему, которую мне поручили раскрывать. Потому что, вы знаете, это кровавая тема, самая больная, болезненная.
По теме «Гражданское образование» кто будет возражать? Может, Ким Чен Ир, например, великий учитель народов. Эта тема понятна, это надо делать. Вопрос не в том, надо или не надо. Вопрос: в каких формах. То же самое с управлением общественным, государственно-общественным – это тоже всем понятно. Просто разные страны используют разные формы и так далее. То же самое с третьей темой «Инклюзивное образование». Да, это надо делать, и все страны в меру сил, возможностей ищут пути, как это делать. По третьей теме, к сожалению, в России у нас дифференцированное образование по традиции, но мы тоже начали потихонечку этим заниматься. Я думаю, достигнем хороших мировых показателей в этом вопросе. Не сразу, конечно.
А вот по четвертой теме. Во-первых, проблемы есть во всех странах. И в крупных развитых странах - Штаты, Канада, Франция. Какие пожары были под Новый Год, страшные события происходили в Великобритании! У всех это животрепещущая, страшная проблема. Причем она периодически во всем мире перерастает в кровавые уличные бои. Поэтому мы вчера работали над этой темой с большим трепетом. И, честно говоря, начали с того, что выразили общее сомнение: вполне может быть, что президенты даже не возьмутся озвучивать на весь мир какие-то рекомендации по этому вопросу. Слишком болезненно это все воспринимается. И что бы вы ни сказали по этой теме, обязательно найдутся огромные группы людей, и в гражданском обществе, в любой стране мира, которые будут резко, жестко против любого высказывания по этому вопросу.
Поэтому мы старались не расширять вот эту тему, потому что она очень большая, multi culture education – мультикультурное, у нас в России чаще используют термин этнокультурное образование. Проблема национальных меньшинств, где бы они не возникали, проблема мигрантов как динамическая проблема тех же меньшинств, – это очень сложная проблема. Единственное, о чем мы с Антоном говорили до начала совещания, что если мы создадим какое-то очень качественное образование, правильное, найдем какие-то решения этого вопроса, то эта проблема должна сама по себе исчезнуть.
Значит, первое – вопрос языков, конечно. Вопрос языков – соотношение государственного языка, соотношение языка титульного и соотношение языка конкретного национального для конкретного человека. Первое: в стране государственный язык должен преподаваться для всех граждан абсолютно, еще раз – для всех граждан, независимо от национальности, в одинаковом примерно объеме, который дает равные возможности для развития. Почему эта тема важна? Потому что в ряде стран, в том числе и стран «восьмерки», для преподавания каких-то национальных языков сжимается преподавание государственного по объему и содержанию. Мы написали, что государственный язык должен преподаваться одинаково для всех граждан.
Второе. Национальные языки должны изучаться на уровне, позволяющем сохранить национальную идентичность. И государство должно это поощрять и финансировать, естественно. Очень сложный вопрос касался истории. Мы это обсуждали долго. И написали такую фразу: «История должна излагаться таким образом, чтобы не унижать другие народы». Дело в том, что история как школьный предмет практически во всех странах мира используется как основной предмет для воспитания гражданственности и патриотизма. Каждая страна старается свою историю возвеличить и так далее.
Следующее. Это была самая сложная проблема. Мы, наверное, посвятили ей 90% времени. Это конфессиональная проблема. Очень хорошо, что в группе были представители Соединенных Штатов и Великобритании, где принципиально разный подход. В Америке категорически запрещено федеральным законом любое религиозное образование в государственных школах. В Великобритании, наоборот, недавно введен закон, по которому школьники должны изучить историю и культурные особенности шести, по-моему, религий. Поэтому здесь все неоднозначно. Мы записали вопрос, который может страны объединить. «Государственные муниципальные школы – не место для религиозной и антирелигиозной пропаганды». Вот так это. Не место.
Следующее. Мигранты. Мы говорили, естественно, о мигрантах законных, потому что если мигрант незаконный, то это дело полиции и так далее, не образования. Но если государство человека пустило жить к себе, то мы написали, что государство должно обеспечить для мигрантов обучение государственному языку в объеме, необходимом для бытового общения и профессиональной деятельности.
Следующее. Государство должно обеспечить ознакомление с основами истории и культуры страны и региона проживания мигранта.
И последняя тема, которую мы обсуждали. Пример Америки, которая сейчас это делает. Они поставили очень амбициозную задачу, чтобы не менее 50% учащихся и студентов за время обучения, взрослых во время стажировки, повышения квалификации, выезжали за границу и обучались за границей. И это государственно поддерживается. У нас, кстати, это 1% сейчас в России. Мы написали, что государства должны всячески экономически и политически, то есть законодательно, поддерживать образовательный международный обмен.

Ведущий. К Вам есть вопросы, Аркадий.

Реплика. Короткая реплика, если можно, в виде одного вопроса: учтено ли в первом соотношение языков обучения. Очень интересен опыт западного побережья Штатов, штат Орегон, где есть преподавание для двух больших групп азиатского, скажем так, и коренного населения, я условно, чтобы никого не обидеть. Одновременно, в одном учебном процессе на двух языках: часть дня на одном языке, часть дня на другом, с полным обменом внутри вот этого учебного дня. Что, в общем, видимо, надо рекомендовать и для других регионов мира. Это первое.
И второе. Меня очень насторожила позиция, если она у вас так четко зафиксирована, что образование для детей только законных мигрантов. К сожалению, я должен сказать, что образование и для детей даже незаконных мигрантов. Во-первых, это довольно сложное понятие, но мне казалось, что как здравоохранение, так и образование должно, пока эти мигранты присутствуют на территории, государство обязано заботиться об образовании детей. Может быть, не наравне с другими, но все равно не выкидывать их в лапы полиции и других силовых структур. Не хотелось бы, чтобы это осталось в конечном документе.

Аркадьев. Отвечать сразу?

Ведущий. Давайте мы все реплики послушаем, потом дадим Вам кратко слово.

Колосков. Сергей Колосков, организация родителей детей-инвалидов, общество «Даун Синдром», член экспертного совета при уполномоченном по правам человека. Простите, Вы какую организацию представляете?

Аркадьев. Извините, я не представился. Я ректор Института новых образовательных систем, в принципе, представляю организацию «Негосударственные образовательные учреждения Российской Федерации».

Колосков. Спасибо. У меня такой вопрос. Мы здесь говорим об участии граждан в управлении образовательными учреждениями. Вот кто сколько…

Ведущий. Извините, Сергей, мы здесь говорим про другое. Можно, мы пока по этой теме послушаем реплики?

Колосков. Нет, простите, Вы представитель Министерства образования, правильно?

Ведущий. Нет. Представляю общественную организацию. И сейчас просто тема другая, Сергей.

Колосков. Проблема заключается в том, что здесь мало кто представляет непосредственно потребителей образовательных услуг. Здесь в основном представлены люди, которые представляют структуры, которые проводят образовательные услуги, понимаете. И в этом проблема. Потому что ваш подход, который вы излагаете, он красивый на словах, но он не несет практических результатов. И об этом говорим мы, которые потребляют ваши услуги. Более того, когда мы хотим высказаться, вы не даете нам это сделать. Ваш коллега, представитель Министерства образования Российской Федерации, советник заместителя министра.
Поэтому я хотел бы сказать вот что. Проблема обучения мигрантов языкам и так далее должна решаться в рамках образовательного стандарта Российской Федерации. Если мы говорим, что мигранты должны научиться чему-то, владеть как-то русским языком или государственным языком в каком-то объеме, это исключение их из образовательного процесса. Поэтому представляется, что это не есть конструктивный подход.
Второе, что я хотел сказать…

Ведущий. Я хочу дать слово всем, у нас очень немного времени. У нас же будет через полчаса целая секция, где можно будет заниматься редактированием и дальнейшей работой. У Вас есть какая-то позиция, и она совершенно справедливая. Мы Вам дадим возможность поработать вместе с Аркадием, и ее вписать в документ, но не сейчас.

Колосков. Я бы хотел, чтобы была интеграция, по крайней мере в секции «Образование», чтобы люди не разбивались по секциям и не получилось ошибки, которая происходит. Чтобы люди могли продискутировать какие-то вопросы, а не просто высказать свою позицию и все.

Ведущий. У нас еще будет последние полтора часа, уже перед завершением, где как раз мы и будем этим заниматься. Вы будете услышаны. У нас еще целый день работы. Не думайте, что мы заканчиваем через десять минут. Спасибо большое. Можно я дальше передам все же слово? Все-таки хотелось бы, чтобы это были реплики и прояснения.

Реплика. Это была именно реплика. Я хочу назвать одну позицию, которая, мне кажется, не вызовет раздражения. Это подготовка специалистов в области управления миграционными процессами. Мне кажется, это сегодня актуальнейшая проблема для всех стран. И здесь, может быть, опыт гражданских организаций как нигде был бы востребован, потому что они работают на местах и могли бы привнести именно отличные практики в данное направление. В вузах всех стран должна вестись подготовка таких специалистов. И должен идти обмен по практикам, которые они используют по данному направлению.

Арканьев. Спасибо. Я запишу.

Ведущий. Еще, пожалуйста.

Соколова. Добрый день, Марина Соколова, «Хэндикэп Интернэшнл». Простите, я просто хотела уточнить, вот эта категоричность, связанная с тем, что нет места знаниям о религии в школах, с чем это связано? Если на это смотреть все-таки как на культурологическое знание, вам не кажется, что знание всегда лучше, чем незнание?

Аркадьев. Надо было отвечать сразу. Дело в том, что мы обсуждали изучение истории религий. Мы очень долго искали термин. Потому что у нас это называется в России воцерковление. В школе не должно происходить воцерковления, то есть мы не должны ребенка обращать в веру. Мы подбирали слово, потому что оно плохо переводится на английский. Мы искали миссионерство – не подошло. Мы называли слово прозелитизм, тоже не подошло. Очень сложно, потому что все по-разному понимается.
<…>
…Дословно: «Государственные муниципальные школы – не место для религиозной или антирелигиозной пропаганды». То есть давления на ребенка с целью изменения его менталитета.

Ведущий. Вот у меня опять просьба. Давайте мы на группе, которая будет, это дело дальше доработаем. И я хотел бы на эту тему послушать две последних реплики.

Калюжный. Дмитрий Калюжный, НПО «Гражданское общество – детям России». Я бы хотел отметить два момента. Первый – образование посредством телевидения уже давно не новинка. И именно в нашей стране опыт достаточно большой. Между тем, я давно уже хожу по разным инстанциям, предлагаю создание канала с вещанием на этнических языках. Не на региональных, а именно на этнических. Потому что, скажем, китайцы у нас тут не имеют своей территории, а китайцев, между тем, больше, чем некоторых коренных народностей. Через такой канал, вещая на языках этносов, можно было бы доводить и знания об истории, и об очень многом другом, что необходимо мигрантам знать, раз уж они находятся на территории страны, которая не является для них родиной. И это, возможно, можно было бы делать не только в России, а везде.
Второе. Образование, как известно, состоит из двух сторон. С одной стороны, это организация процесса, а с другой – наполнение. Как правило, наполнение определяет или государство, как это было в СССР, или бизнес, как это происходит сейчас у нас и во многих других странах. Что бизнесу надо, то и готовится. Соответственно, сверху вниз выстраиваются и задачи для начальной школы. Сейчас, однако же, у нас не совсем такой период, каким он был совсем недавно.
Кризис эколого-социальный развивается уже достаточно давно, и некоторые катастрофические изменения мы наблюдаем, связанные и с погодой, и с воздухом, и с болезнями и прочим. То есть государству сейчас уже пора ставить задачу на будущее. Готовить людей к тому, что будет. Потому что и у бизнеса, и у государства, которое строит образование исходя из потребности своей обороны, нет мыслей о будущем. Нужно готовить специалистов, способных объяснить, что происходит, какие катастрофические изменения происходят, и чего нам делать.

Ведущий. У меня к Вам большая просьба. Пожалуйста, вот конкретные предолжения, Вы определите, в какую из групп входить, и дайте свое предложение, мы кратко его запишем.
В конце мы с Валентином выступим, расскажем, как мы будем дальше работать. Возможно, мы сделаем не четыре группы, а три, потому что мне кажется очень важным объединить позиции той группы, которая занимается гражданским образованием и как раз тем, чем занимается Аркадий, потому что это тесные, соприкасающиеся темы, и я вижу здесь очень большое общее поле.
У нас вчера Али Меленк не выступила с презентацией, которую специально готовила, и я бы хотел, чтобы мы ей дали все-таки пять минут. Она как раз посвящена той теме, которую мы только что обсуждали.

Меленк. Доброе утро, дорогие коллеги. Меня зовут Алисия Меленк, я из Университета Центрального Ланкашира Великобритании, я представляю центр региональной поддержки. Сегодня мы хотели бы обменяться информацией, нашим опытом с российскими коллегами по вопросу подготовки и развития образования в России. Мне очень приятно представить вам эту информацию, и мне кажется, что она будет для вас весьма интересной.
Сегодня я буду говорить о работе с молодежью в Восточном Ланкашире, это на севере Англии. Мы работаем по следующим вопросам: это улучшение экономической ситуации, улучшение криминогенной обстановки в этических группах, борьба с безработицей, предотвращение напряжения и неприятия различных условий в рамках одного сообщества, мы также касаемся исламских экстремистов. Вот, пожалуйста, некоторая статистика, которая относится к молодежи.
Я работаю по одному направлению, и у многих людей, которые приезжают из Сербии или из Азии, есть свои особенности поведения. Мы должны их изучать для того, чтобы эффективно бороться с негативными социальными явлениями. Кроме того, эти сообщества характеризуются низкой трудовой квалификацией и высоким уровнем криминогенности.
Вот, пожалуйста, это история той группы, с которой мы работаем. В 50-х годах в наш регион нахлынули эмигранты, в том числе из Пакистана. После этого в 60-70-е годы. Это же 90-е, после краха коммунистической системы также произошел приток эмигрантов, после этого начались определенные трения между различными этническими группировками. Мы начинали изучать причины этих разногласий, этих конфликтов. И различные социальные организации работают над тем, чтобы преодолеть барьеры, которые разделяют различные этнические меньшинства.
Итак, чего же мы планируем достичь. Мы собираемся создать общество понимания и доверия. Мы планируем помочь людям овладеть необходимыми специальностями для того, чтобы экономическое благосостояние этих группировок повысилось. Кроме того, мы планируем предоставить им равный доступ к образованию.
Я хотела бы привести вам несколько примеров некоторых проектов, которые мы реализуем между белыми и представителями этнического меньшинства. Чтобы вы понимали, каким образом проходит эта работа. Проект номер один называется «Рука об руку». Люди в различных школах, различной религии, различного цвета кожи – они учат историю и культуру других стран, друг друга.
Проект два, который называется «Молодежь возглавляет молодежь». Мы его осуществляем вместе с Ассоциацией юных лидеров из России. Это проект о преподавании йоги. Мы развиваем лидерские качества у молодежи, они занимаются с людьми различного происхождения, различного уровня образования, чтобы они могли вместе учиться, добиться более светлого будущего.
Проект номер три - культурологический, мы его называем «Городские мифы». Молодые люди, белые и азиатского происхождения, вместе работают, чтобы развеять мифы и предрассудки прошлого. Также рассказывают различные истории, различные предания, которые характерны для их прошлого, для прошлого их страны.
Наконец, проект номер четыре. Это музыкальный проект, посвященный поп-музыке. Это проект поп-группы или, если хотите, рэп-группы, которая называется «Нельсонс Файнест». Это группа, в которую входят представители различных этнических групп: Мохаммед Авэйз, Томас Спиклз – они все поют о необходимости инклюзивности и объединения общества. Они прекрасно выступают в качества доносителей вот этой нашей идеи.
Таковы наши рекомендации, которые мы делаем лидерам стран «большой восьмерки». Молодежь должна иметь полномочия и все возможности жить в более едином мире. Они должны играть большую роль в разрушении барьеров, которые их разделяют. Необходимо привлекать и рядовых членов общества. Должен быть местный форум, на котором могли бы представители различных культур и различных этнических групп встречаться и обсуждать проблемы, находить общие точки соприкосновения.
Школа и другие общественные организации должны играть особую роль в создании партнерских отношений между подобными представителями. Университеты или учреждения высшего образования должны играть ключевую роль в добровольном участии детей и студентов в гражданской жизни общества.
И, наконец, необходимо свести до нуля всю нетолерантность, нетерпимость в обществе, необходимо бороться за многообразие, именно это станет ключевым фактором в будущем.

Ведущий. Большое спасибо, Али. Сейчас у нас будет очень небольшой перерыв. Но прежде я хотел бы дать слово Валентину Гефтеру

Гефтер. Спасибо. У меня просто предложение, тем более что нам ведущий предложил объединить два направления, если вы не возражаете, и численно, и тематически. Вот какую задачу мы ставили перед собой вчера в конце дня, хотелось бы ее сегодня довести до ума. Первое: отсеять хорошие пожелания самим себе от того, что мы хотим все-таки в первую очередь от государств «восьмерки». Потому что сейчас у нас нет ни времени, ни задачи все-таки говорить о том, что мы можем сделать сами без привлечения государства.
Второе. Обязательно дополнить то, что мы хотим от государств, тем, какое место и какая роль при этом отводится нам. Не просто сказать им: «Делайте то-то для нас, а мы посмотрим и будем контролировать, что вы сделали».
И третье, самое, может быть, сложное. Нам надо объединить все наши три, четыре разных, но функционально, системно похожих, группы предложений в нечто единое в конце сегодняшнего дня. Поэтому мне хотелось бы попросить коллег из других групп как-то объединять предложения по типам, чтобы нам потом легче было все это объединить в одно целое. Мы не можем выкатить с вами в конце дня четыре разных документа, просто сплюсовав наши предложения от разных секций. Мы должны их объединить в несколько мощных посылов.
Например, мы там говорили про должностных лиц, закрытые системы, а тут говорят про сотрудников миграционных служб. Разные вещи, а с другой стороны, и там и там мы предлагаем свое гражданское участие в проблеме этой подготовки тех или других государственных служащих. И вот так везде. Все.

Бодренкова. Вчера на встрече с шерпами прозвучало, что мы не ставим вопрос о помощи, мы ставим вопрос о сотрудничестве. И сегодня именно в рекомендациях, по-моему, второй группы очень четкая прозвучала формулировка. Создать межгосударственные программы сотрудничества. Взяв за основу общую формулировку стандарта, можно под нее уже подвести некоторые базовые моменты.

Ведущий. Спасибо большое. Нейл.

Нейл. Большое спасибо. Я хотел бы сказать, что мы во время наших переговоров и обсуждения поднимали разные проблемы. Но вот я ни от кого не слышал, чтобы вы поднимали вопрос о прогрессивном обучении преподавательского состава. Потому что если мы хотим что-то преподавать, употреблять новые системы, мы должны предусмотреть систему переподготовки преподавательского, профессорского состава. Потому что мы должны обучать наших преподавателей, инструкторов, пожалуйста, не забывайте об этом.

Тамберг. Тамберг Юрий Гергардович, я представляю областную общественную организацию Великого Новгорода. Называется она «ТРИЗ – теория решений изобретательских задач». Согласно Закону об образовании Российской Федерации, образование состоит из воспитания, обучения и развития. Так вот самым главным является воспитание. Необходимо сформулировать общие человеческие ценности и подумать о том, как сделать их достоянием «восьмерки».

Ведущий. Спасибо.

Участница. Если вы обратите внимание, то все секции, которые мы сегодня обсуждаем, могут быть объединены словом инклюзия. Дело в том, что инклюзия – это не инклюзивное обучение детей-инвалидов. Инклюзия – это философское понимание жизни сообщества. И образование – только часть этого понятийного аппарата. Поэтому я думаю, когда мы говорим о включении граждан в управление образованием, мы говорим об инклюзии. Когда мы говорим о детях-мигрантах, мы говорим об инклюзии. И так далее. И если мы для себя очень четко этот понятийный аппарат возьмем за основу, я думаю, нам легче будет объединить какие-то вещи. Спасибо.

Ведущий. Спасибо большое. Давайте мы все-таки уже разделимся на группы и пойдем работать.

Участник. В свете того, что сказал представитель «Хандикап Интернэшнл», я все-таки предлагаю группу, секцию, которая обсуждает проблемы мигрантов, и секцию, которая обсуждает проблемы интеграции, объединить. Потому что наша задача сейчас – выработать общие подходы. Огромное количество недопонимания. Здесь почему-то все время понимается, что интеграция – это инвалиды. Это, прежде всего, все дети с особыми образовательными потребностями. Поэтому нам надо работать вместе с Вами, уважаемый коллега.

Ведущий. Хорошо. Да, пожалуйста.

Участник. У нас есть очень существенная тема, это не только составление документа для государств «восьмерки», но тема о том, как мы, представители гражданского общества, будем добиваться того, чтобы наши требования были в какой-то степени учтены. То есть, нам надо договориться о совместных действиях. Для этого надо * время, руководить такой работой не могут представители органов власти.

Ведущий. А никто и не руководит никакой работой.

Участник. Руководите Вы.

Ведущий. Нет, я не руковожу никакой работой, если Вы заметили, я не веду ни одну содержательную секцию. Я организую тут некий процесс. И если вы в рамках своих резолюций и решений готовы принять решения, связанные с вашими дальнейшими действиями, то пожалуйста, пусть они тоже будут записаны, никто не возражает.

Реплика. У меня предложение. Может быть, когда последние полчаса с трех до трех тридцати будет техническая работа над объединением в один текст, одновременно большая часть участников тут, в одном зале проработает план действий по дальнейшей работе, не ограничивающейся июлем.

Вопрос. Нельзя ли уточнить, что произойдет с иностранцами. Тут остаемся или нет?

Ведущий. Вы можете оставаться тут или переехать в другую группу.
<…>

Нейл. Перед нами стоит следующая задача. Нужно поговорить о тех трех моментах, которые мы с вами определили вчера. Я хочу просто вам напомнить первый, второй, третий момент.
Итак, первое. Необходимо обеспечить механизм для прозрачной системы образования, чтобы информация была доступна для всех в рамках школ, университетов и других образовательных учреждений.
Второй момент. Мы считаем, что лидеры «большой восьмерки» должны разработать специальные механизмы, которые бы способствовали объединению родителей учеников и преподавателей. Чтобы они все участвовали в принятии решения, начиная от детских садов и кончая университетами. И все это, конечно, должно оказать влияние на разработку национальной политики в области образования.
И последний момент. Страны «большой восьмерки» должны обеспечить обмен наилучшим опытом и самой эффективной практикой преподавания.
Итак, сейчас перед нами стоит следующая задача. Необходимо обсудить эти моменты. Может быть, несколько более подробно, чтобы министры стран «большой восьмерки» знали, как эта система должна работать, по нашему мнению. Нужно быть очень точными для того, чтобы наши переводчики понимали все дословно и буквально. Необходимо очень четко все определять, эти три момента не должны занимать больше, чем одну страницу. Потому что в противном случае министры ничего читать не будут, то, что длиннее одной страницы. Это будет просто пустая трата времени.
Итак. Давайте, может быть, поговорим о формулировке. Может быть, как-то ее расширим, может быть, изменим какие-то слова, но в принципе формулировка будет та же. И потом поговорим о втором, третьем моментах.
Давайте начнем с первого момента. Кто хотел бы добавить формулировку, изменить что-то в формулировке?

Участница. Уважаемые коллеги, я хочу напомнить, что мы вчера продвигались в этих пунктах. И поэтому, когда мы обсуждали вопросы взаимного влияния на принимаемые решения, на прозрачность, мы все-таки говорили о том, что высшие учебные заведения, будь то университет или школа, являются факторами, влияющими на развитие местного сообщества. Мне кажется, что вот эту фразу надо обязательно добавлять, потому что она будет говорить о движении как снизу, так и как некое промежуточное звено, через которое идут решения наверх.
Возможно, эта фраза была бы правомочна, потому что мы здесь и усиливали эту фразу. Мы говорили о влиянии экспертного и профессионального потенциала гражданских организаций. А гражданские организации так или иначе объединяют профессионально или учителей, или бизнесменов, которые выдвигают новые требования к стандартам.
Потому что мы не должны еще слово стандарты потерять, которое у нас там в теме стоит. Влияние на разработку государственных стандартов. Поэтому, возможно, если вы считаете, что к этому надо вернуться, то фраза была бы сформулирована так: что представители властных структур используют потенциал профессионального экспертного сообщества организаций гражданского общества при разработке политики образования и стандартов образования. Это мое предложение, я просто к нему еще разочек возвращаюсь.

Ильин. Вадим Ильин. Я полностью поддерживаю Ларисино предложение. Дело в том, что я хотел напомнить, что у нас было еще в числе первых предложение о создании междисциплинарных учебников. Дело в том, что вот уже более двадцати лет есть такой опыт в создании таких учебников. Каждый предметник отстаивает свой предмет. Это является причиной раздоров.
Но вопрос-то не в этом. Дело в том, что, согласно тестированию, которое мы проводили от первых классов до десятых, в профтехучилищах и т.д., в художественной школе, они воспринимают комплексно. То есть не одну дисциплину. Есть общая дисциплина – наука. Естественная наука, гуманитарная. И поэтому я настаиваю на том, чтобы это предложение включить сюда. И это дело, в общем-то, не только России касается, я так понимаю, что эта проблема актуальна для всех. Спасибо.

Нейл. Итак, какую же формулировку Вы предлагаете, Вы говорили про экспертный потенциал? Итак, давайте, может быть, ее как-нибудь уточним, потому что у нас не может быть двести слов в одной формулировке. Давайте ее как-нибудь подсократим, может быть, чтобы она была наиболее сильной, наиболее функциональной, наиболее эффективной.
Давайте, может быть, просто запишем это. Использовать все возможности, всемирный опыт и экспертизу в области образования, что подразумевает, скорее имплицитно, чем эксплицитно, но это подразумевает, что мы должны обмениваться наилучшим опытом по всему миру.
Я не думаю, что мы говорим о том же самом, потому что мне кажется, что первое, я бы сказал, это профессии, профессиональное. То есть те, кто работает в системе образования в качестве преподавателей, в качестве лекторов. И существует разница между экспертным советом с точки зрения управляющих, я, например, такой эксперт. Но я не эксперт в качестве преподавателя, я не учитель, я не лектор. Но я разрабатываю стратегию в области образования. Я могу поделиться своим опытом управления. Но хотелось бы услышать больше профессионалов в системе образования, то есть преподавателей. Услышать больше об их стратегиях в преподавании, не в разработке каких-то стратегий, а именно стратегии преподавания.
То есть необходимо более тесно посмотреть на эту группу, а также на роли граждан в системе образования. Я полностью принимаю это и согласен, но должен сказать, что если мы хотим создать эффективное управление, тогда профессионалы, как я их называю, то есть преподавательский состав, лекторы, должны стать частью этой системы управления. Они не просто слушают все, что им говорят управляющие, но они как раз и принимают деятельное участие во всем этом. Профессионалы, то есть учителя, должны принимать участие.

Зеленова. Татьяна Зеленова, я из Ярославля. Я являюсь одновременно ученым, преподавателем вуза и руководителем общественной организации. Я слушаю сейчас, и у меня уходит из зрения или из слуха цель по разработке образовательных стандартов. У нас нет цели, я считаю, что мы должны писать о том, что с целью улучшения или успешной социализации детей, молодежи и взрослых. Зачем мы образование проводим? У нас все-таки должна быть социализирующая или ресоциализирующая функция, на мой взгляд.
И в Ярославле у нас накоплен большой опыт, когда общественная организация дает образовательные возможности специалистам социальной сферы. Этого нет нигде в ближайших пяти-семи регионах около нас. Есть это на Дальнем Востоке, в некоторых других районах. Мы объединяем как раз силы ученых и создаем учебные программы, обучаем специалистов социальной сферы. Это и социальные работники, и социальные педагоги, представители в милиции и так далее. Для того, чтобы решить проблемы, которые сейчас назрели в обществе.
И мне хотелось бы дать предложение, чтобы это было традицией. Чтобы прислушивались, принимали эти образовательные программы, которые, может быть, не утверждены министерством, так как они нужны на определенном региональном уровне. Это, конечно, дискуссионный вопрос. Но опыт такой у нас есть.

Участница. Я не расслышала Ваше имя, но вчера у нас были такие предложения по подготовке и переподготовке социально ориентированных людей, потому что социальные проблемы общества всегда стоят остро. Может быть, это предложение обдумать нам вместе и внести в преамбулу нашего решения в том виде, в котором Вы его сформулировали. Может быть, мы договоримся, что пусть будут у нас три положения в преамбуле. Я пока не готова сказать, вторая или третья это позиция, потому что первая, очевидно, должна быть какая-то другая, мы попробуем по ней поработать.

Зеленова. А разве может быть что-то важнее успешной социализации взрослых, детей и родителей? По-моему, это самая главная цель в нашей работе, в образовании.

Участница. Я думаю, что все-таки в системе образования у любого высшего учебного заведения две задачи. Первая – образовательная, значит, качество образования, мы должны об этом сказать. А вторая – социокультурная, сюда относится социализация. Поэтому все-таки эти цели надо немножко нам разнести.

Зеленова. Как хотите.

Нейл. Давайте разберемся в терминах, которые мы используем. Вот «широкий» и «сбалансированный». Если мы добьемся создания сбалансированных и широкопредставительных систем управления, то это все будет распространяться и на всю систему образования. И таким образом дети в школах будут учиться, мы не говорим об образовании в академическом смысле. То есть необходим также широкий и сбалансированный учебный план, учебная программа. И таким образом дети будут и хорошими гражданами, и получат хорошее качественное образование.
Но для того, чтобы все это произошло, дети, которые не включены в систему образования, люди, которые не работают в качестве преподавателей, лекторов и так далее, тоже должны понимать, что происходит внутри системы образования, что происходит с образованием. Таким образом, система образования должна быть прозрачной. Это должно быть постоянно на повестке дня, не должно быть никаких сюрпризов в рамках системы образования. Не должно быть никаких сюрпризов от страны к стране.
Мне кажется, это наша задача – донести до лидеров стран «большой восьмерки», что все системы образования должны быть полностью прозрачными. Чтобы все в рамках той или иной страны знали, что происходит в ней, и понимали, что от них требуется, что требуется от учеников, учащихся. Но необходимо добавить какую-то дополнительную ценность системам напрямую или косвенно.
Мы создаем прозрачную систему образования, мы об этом говорили много раз, чтобы люди, которые не входят в систему образования, понимали, что происходит. Потому что родители часто не понимают, что же происходит в школе, они просто не знают этого. Поэтому необходимо, мне кажется, сместить акцент на прозрачность. И тогда уже можно, собственно говоря, перейти к окончательной формулировке.

Участница. Спасибо. Я вчера, по-моему, тоже несколько раз напоминала о том, что прозрачность и информационная открытость чрезвычайно важны, и я вижу, что мы уже все согласились, что это будет одна из важнейших формулировок. Но я боюсь, как бы мы не забыли вторую сторону дела. Вот на примере России мы видим, что механизмы гражданского влияния, процедуры этого влияния, не прописаны, как-то не оговорены, не выработаны, это тоже составляет проблему. Когда случайное влияние одной из групп интересов может оказать воздействие в ущерб, скажем, большей части общества. Мы это видим на примере экспертизы учебников сейчас.
Я подам в письменном виде вариант формулировки, но я хотела предложить, чтобы мы это объединили в один тезис: и требования информационной открытости и прозрачности, и четкость процедур влияния и воздействия на процесс управления. Поскольку это две стороны одного процесса. То есть когда мы говорим об информационной открытости, это также означает, что общественность и родители должны знать о готовящихся решениях.
Ведь очень часто, коллеги, эксперимент в педагогике сваливается на голову внезапно и у людей не спрашивают согласия. Я не знаю, есть ли такая проблема в других странах, но в России есть. Когда неожиданно родители обнаруживают, что они стали участником эксперимента. Эксперименты нужны, но надо информированное согласие. Это только один из примеров. Спасибо!

Нейл. Да, но это фактически второй вопрос, который мы обсуждаем. Но давайте все-таки вернемся к первому вопросу. Вчера мы уже говорили, что необходимо привлекать все срезы общества к нашей работе.

Участник. У меня небольшой вопрос. Я не знаю, насколько нужно включать его в наш список. Скажите, а что Вы подразумеваете под прозрачностью? Вы рекомендуете внести это понятие в наш список. Мне кажется, что прозрачность – это очень широкий термин, у него очень широкое толкование.

Али. Вы знаете, понимают этот термин так, что прозрачность – это точность и четкость восприятия наших идей. Чтобы не было каких-то сомнений или домыслов. Мы должны обеспечить доступность информации об образовании, причем абсолютно любой человек, который испытывает необходимость в этой информации, будь то предприниматель, будь то бизнесмен, будь то родитель или любое иное лицо, имеет право доступа к этим данным.
Потому что любой человек должен точно понимать, что происходит, какой процесс выполняется и какова его роль в этом.
Это всего лишь незначительные аспекты, мы фактически возвращаемся к тому, что мы уже обсуждали, мы подчеркиваем необходимость привлечения различных слоев общества к нашей работе, и это очень важно. Но какие меры будут приняты для обеспечения участия всех слоев населения в нашей работе? И как мы будем убеждаться в том, что мы действуем правильно, и что мы учитываем интересы всех сторон?

Вопрос. Скажите, а Вы думаете, что все слои общества должны принимать решения в этой области, начиная от детей? Почему бы нам не ограничиться органами местного самоуправления, как в Великобритании?

Али. Абсолютно правильно Вы меня поняли, именно органы местного самоуправления выступают весьма в активной роли в нашей работе. Важно чтобы та процедура, тот механизм, который мы создаем, был соответствующим тем правилам, которые мы используем в Великобритании. То есть чтобы интересы всех слоев населения принимались во внимание и чтобы им предоставлялась возможность участвовать в этом процессе, не оставаться за бортом.

Участница. Может быть, мы сейчас не будем говорить о форме. Это было предложение Нэйла – собрать команду экспертов, в которую войдут люди, владеющие знаниями и лучшими практиками. Мне кажется, что эта фраза, которую мы написали, «использование потенциала», не должна иметь ограничения по форме. Это может быть просто переговорная площадка, это может быть правильно организованная дискуссия, это может быть экспертный совет. Мне кажется, что ограничения здесь не нужны.

Участник. Наша задача – подсказать что-то «большой восьмерке». Создание экспертного совета и организация прочих мероприятий по контролю над образовательным процессом – это дело гражданского общества. Что мы им посоветуем?

Участница. Я попыталась набросать очень короткую преамбулу. Хочу, чтобы вы ее выслушали, затем будем на нее нанизывать предложения.
«В целях повышения качества образования в условиях развития новых знаний и социальных преобразований с целью необходимости социально-культурной роли преобразования участники принимают следующие рекомендации». Пункт первый, предложенный Еленой: «Государство обязуется обеспечивать условия реального участия институтов гражданского общества, родителей, студентов, профессионального сообщества в управлении образованием. Прежде всего, через прозрачность и информационную открытость системы образования и выработку правовых механизмов лоббирования и гражданского влияния». Мне кажется, этот пункт всеобъемлющий. В него входит многое из того, что мы обсуждали.

Участник. Одно замечание. После «…различных профессиональных участников…» вы должны сказать «…и других членов общества…». Это будет более политкорректно. Мы охватим всю целевую аудиторию. Потому что, когда мы говорим просто «дети», просто «родители», просто «преподаватели», мы ограничиваем наш круг интересов. А таким образом мы его расширим. И никто не будет чувствовать себя ущемленным в правах.

Участница. <…>. Поступили предложения, часть из которых мы зафиксировали. Мы сейчас подумаем, как включить пункт «профессионально-экспертный потенциал и лучшие практики». Мы сейчас сольем это в один пункт. Дальше было предложение. О включении дисциплины в стандарты или о добавлении фразы «…в качестве специальных дисциплин, направленных на подготовку социально активных граждан». Раз социальные преобразования сейчас идут, молодежь надо активизировать.

Вопрос. Имеется в виду подготовка социальных работников?

Участница. Нет.

Вопрос. Социальные обучающие программы?

Участница. Речь, я думаю, идет о том, что нам нужно обучать все сектора государственных муниципальных служащих, людей, которые будут работать в некоммерческом секторе, обучать социальному взаимодействию. И бизнес обучать корпоративной социальной отчетности и управлению социальными программами для общества. Нам сейчас не хватает этих дисциплин.

Участник. Я думаю, этот пункт нужно немного расширить. Я думаю, что люди, которые сжигали в Париже автомобили, или, скажем, террористы, они социально активны. Но их активность направлена на деструктив. Поэтому этот пункт, «включить в стандарты воспитание социально активных граждан», надо дополнить. Нужно указать, что это делается в целях толерантности, уважения - что-нибудь в таком духе.

Участница. Может быть, так. А может быть, сказать о гражданской активности. Не знаю пока.

Участница. Небольшое уточнение. Здесь соединились разные мысли. Образование рассматривается, с одной стороны, как средство воспитания социально активных и ответственных граждан, с другой - указывается на необходимость подготовки профессионалов, которые содействуют гражданской активности и ответственности, гражданскому участию. Я прошу учесть мой вопрос при подготовке формулировки, с учетом двух разных задач. Одно дело – образование, как инструмент воспитания гражданской активности и ответственности. Другое – подготовка профессионалов, которые помогают развитию гражданской активности, гражданского участия, гражданской ответственности.

Участница. Сейчас мы зачитаем пункты, которые хотели бы раскрыть в преамбуле. Если я что-то не зафиксировала, напомните мне об этом и мы это запишем. Итак, говорилось о необходимости создания междисциплинарных учебников, о том, что необходимо использовать все возможности в области образования, выработать стратегию преподавания с привлечением экспертов-профессионалов, обозначить цели образования, отобразить широкий сбалансированный план по управлению образованием. Мы говорили о том, что система образования должна быть прозрачна, в ней должна присутствовать информационная открытость. О том, что мы должны привлечь различные слои общества, выработав механизм их привлечения. И еще поднимался спорный вопрос по поводу создания экспертного совета.

Участница. Небольшой комментарий. Здесь собраны идеи разного уровня. Некоторые из них представляют собой это базовые принципы. Например, цели мы обозначили в преамбуле: как мы понимаем цели образования и из чего мы исходим. А некоторые идеи операциональные: например, создание советов. Это уже на уровне конкретных средств и решений. Я даже не уверенна, что мы должны давать здесь настолько конкретные формулировки. Если мы говорим об участии граждан в управлении, мы должны формулировать достаточно общие принципы. Например, в этот список не вошел один важный смысловой момент, относительно того, что «должны быть обеспечены реальные средства и возможности участия», о необходимости наличия информации – чтобы люди могли знать о готовящихся решениях и вмешиваться в процесс, реагировать на них, могли быть полноценными партнерами в отношении государства. Я бы хотела еще раз напомнить, что если мы говорим об участии граждан в управлении, мы должны сформулировать самые общие принципы. Мы формулируем цели и условия участия. Например, участие на этапе подготовки и разработки каких-то решений: это может быть создание новых концепций, новых программ, новых курсов и пособий. Это может быть участие на этапе реализации каких-то подходов, программ или концепций. И так далее. Может быть, нам так построить нашу рекомендацию? Если мы говорим об участии в управлении, то какие его этапы мы имеем в виду? У нас должна быть смысловая структура.

Участница. Тогда используем следующую формулировку: «государство обязуется эффективно использовать экспертный и профессиональный потенциал организаций гражданского общества, направленный на совершенствование системы образования для улучшения работы системы образования, разработки стандартов». Все-таки, слово «стандартов» у нас же там есть? Ну и поставим точку, чтобы был короткий пункт.

Участница. Предложение такое: «…организационный, профессиональный и экспертный потенциал просто гражданского общества». Не организаций, а просто гражданского общества. Потому что мы знаем массу примеров, когда именно гражданское общество организует инновации в образовании. Иногда это очень масштабные программы!

Участница. Спасибо! Еще предложения?

Участник. Мне кажется, нам нужны отдельные личности, которые могут привнести что-то, сделать какой-то свой вклад, которые могут играть роль в школьных органах управления. Нам, в принципе, не важно, откуда эти люди. Нам важен тот опыт и те идеи, которые они привносят. Поэтому я полностью согласен с этим утверждением!

Участница. Спасибо. Ваша позиция очень близка к позиции, которая уже была высказана. Кто бы хотел внести предложения?

Участник. В силу того, что речь идет о самых развитых странах, я думаю, в рекомендациях руководителям этих стран стоило бы внести такой пункт: «Оказание безусловной и бесплатной помощи развивающимся странам в организации процесса образования в этих странах». Именно в организации процесса. Потому что из-за нехватки каких-то мелочей эти страны иногда вообще не могут ничего сделать. Именно из этих стран идет основной поток необразованных мигрантов, вообще-то говоря, это достаточно важно и для стран развитых.

Участник. Не расшифровано, какой помощи: методической, финансовой, мало ли, какой?

Участница. Вчера во время первой дискуссии мы подходили к проблеме с каких-то глобальных позиций. Поднимался вопрос о том, что существуют системы международных организаций, в частности, такая как «Юнеско». А мы сегодня ведем речь о работе G8. С декларацией, сделанной в Дакаре, согласились все организации. Между развитыми странами есть сложившаяся система взаимоотношений. В декларации прописаны все обязательства развитых государств по отношению к развивающимся. Мы сейчас хотим использовать эту платформу, чтобы придать решениям новый импульс. В конце концов, мы можем написать «исходя из позиций дакарских соглашений». И ничего не обуславливать. Безусловная ли она, систематическая ли... Это все в документах заложено. Если мы этот пункт будем включать, я вас прошу опереться на международный и уже принятый документ.

Участница. Лариса, озвучьте то, что я написала. Может быть, что-то не понравится или возникнет желание что-то добавить…

Участница. Этот пункт выглядит так: «подготовка социально активных граждан, представителей науки, государственных, общественных организаций, специалистов различных ведомств для реализации принципов прозрачного образования и успешной социализации населения».

Участник. Мне кажется, здесь присутствует некоторый повтор: «…государственных и общественных организаций» и тут же «…специалистов различных ведомств». Это, в принципе, одно и тоже. «Специалистов различных ведомств» можно просто выкинуть.

Участница. Мы договорились, что мы редактируем этот пункт. И еще посмотрим, каким образом его развернуть под обязательства государства.

Участница. Мне кажется, коллега затрагивает важную проблему. Это касается, если я правильно понимаю, обучения уже взрослых специалистов. Это мы говорим о сфере высшего образования. Имеем ли мы будущих работников государственных структур или общественных гражданских структур? Но на опыте России мы, по крайней мере, видим, что отсутствие у специалистов, у профессионалов гражданской ответственной позиции иногда составляет очень серьезную проблему. Это проявляется и в науке, и в государственном управлении, и во многих ответственных сферах. То есть здесь речь идет, наверное, о гражданском воспитании специалистов. Соединение высшего образования с воспитанием гражданской активности. Это одна сторона вопроса. И еще. Я знаю, что наши коллеги из Германии, Франции, иногда я слышала что-то подобное от британских коллег, жалуются на некую недемократичность системы образования, на то, что она авторитарна. В России такая проблема тоже существует. По крайней мере, для российской и германской школы это очень характерно. От этого страдают как сами педагоги, так и потребители услуг. Возможно, мы должны отдельно говорить о развитии образования, как демократической системы или о повышении демократичности образования. Не знаю. Я просто предлагаю подумать. По тезису, который мы сейчас обсуждаем у меня есть уточняющее предложение. Может быть, следует говорить о гражданском воспитании или воспитании гражданской позиции, гражданской активности и ответственности у специалистов, простых специалистов?

Участница. Я предлагаю «…всех секторов общества», не перечислять.

Участница. Мне кажется, мы забыли, что у нас есть целая группа, которая уже второй день занимается вопросами развития гражданской ответственности и гражданским образованием как раз для всех секторов общества. И я боюсь, что когда мы придем после ланча, мы обнаружим, что этот пункт будет пересекаться с тем, над чем группа работает уже два дня. Может быть, мы не будем сейчас сосредотачиваться на этом, потому что это придется потом убирать? Поговорим об участии граждан в управлении образованием, в развитии образования. Поскольку это наша непосредственная тема.

Участница. Я предоставляю слово Вам. И позволю себе маленькую ремарку. Мы сейчас собираем все предложения. Мы должны выслушать всех, кто хочет заявить свою позицию в дискуссии. Что касается пересечения тем: только что мы были на круглом столе, где нам сказали: «Давайте дополнять друг друга». Именно, чтобы не были разорваны позиции. Спасибо!

Ирина Маловичко, Волгоградская региональная благотворительная общественная организация Клуб ЮНЕСКО «Достоинство ребенка». Я вчера работала в секции гражданского образования и хочу совершенно ответственно сказать, что там такой пункт включен. Именно о том, что компонент гражданского образования должен присутствовать во всех возрастах, в профессиональных и непрофессиональных сообществах, и так далее. Я хочу сказать, что, безусловно, это нас сближает и пересекает наши темы. Я не вижу смысла включать это как отдельный пункт. Нам есть смысл сконцентрироваться на следующих вопросах.

Участница. Ваше предложение об участии в управлении?

Участник. Да, вы знаете, я очень внимательно фиксировал на бумаге то, чем мы занимались. И, естественно, наша цель – создать очень короткую преамбулу и учесть все вопросы, касающиеся образования и те обязательства, которые мы должны принять в 2007 году: обеспечивать равный доступ к образованию всем детям до 15 лет. Итак, мы рекомендуем… Первое: на встрече в Санкт-Петербурге лидеры «большой восьмерки» должны обеспечивать внедрение системы образования, характеризуемой прозрачностью и доступом всех слоев населения и иных людей к этой системе. Смысл состоит в том, чтобы все участники, все члены общества имели доступ к этой системе. И мы отдельно подчеркиваем, чтобы ученики, директора, преподаватели, родители, а так же все иные лица из деловых или других кругов принимали участие в выработке решений на федеральном или региональном уровне. Все должны понимать, что происходит, какие процедуры выполняются. Этот процесс должен, скорее всего, идти снизу вверх, а не сверху вниз. И мы должны указать на бумаге, что лидеры стран «восьмерки» должны внедрить механизмы использования этой системы. Мы должны обеспечить правовое регулирование и нормативно-правовую базу, работать с университетами, передать эту проблему национальным политикам. У меня не получается сделать это заявление еще более лаконичным. Вы знаете, я слышу слова, которые я считаю очень важными. Почему, зачем нам нужно все это делать? Потому что мы хотим усовершенствовать стандарты. И я хотел бы услышать точки зрения других наших коллег здесь. Мы должны улучшать стандарты, должны привлекать все социальные слои нашего общества, должны быть продуктивными с экономической точки зрения, должны выдвигать конкретные предложения и охватывать тех людей, которые способствуют экономическому развитию страны. Что-нибудь еще?

Участница. Я хочу сказать, что согласна с коллегой. Это очень интересное предложение. Конечно, было бы интересно, как мы можем влиять, если на нас сейчас влияет идущий по России болонский процесс. Если мы не будем мы справляться с теми установками, которые идут в Европе, то мы проиграем.

Участник. Это очень просто исправить. В пяти субъектах Российской Федерации уже созданы такие организации. При этом их финансирование осуществляется правительством Великобритании через посольство Великобритании в Москве. На самом деле, подвижки есть. И этот опыт будет использован по всей России. Мы не должны зацикливаться только на России, потому что эти процессы, которые мы будем использовать, касаются всех стран. Мы не должны терять акцентированность.

Участница. Я прошу коллег подумать, не нужен ли нам тезис о какой-то международной системе оценки в образовании. Имеется в виду оценка тенденции развития национального образования, оценка эффективности образовательной политики и господствующих подходов и тенденций. Когда я говорю «оценка», я не имею в виду оценку знаний ученика. Это оценка образования, как системы, и оценка политики и практики. В последнее время часть приходится слышать от педагогов из многих стран, что у них кризис. Может быть, как раз международная система оценки и экспертизы могла бы быть полезной? Может быть, нам нужно предложить такую систему мощным гражданским экспертным участием?

Участница. Как раз вчера с коллегами мы обсуждали то, что делает зальцбургский семинар. Его задача – предоставлять независимую оценку экспертов в сфере высшего образования. И мне кажется, это работа очень продуктивная. Наверное, мы должны ее воспринять как механизм.


Юрий Тамберг, областная общественная организация «ТРИЗ» (Великий Новгород). Очень важный аспект – проверить то, что мы натворили с детьми по нашим методикам. В этой связи я хочу вот что предложить, как один из аспектов контроля. Очень важно создать методики, которые позволяют воспитать главные качества человека. Согласитесь, что и политику, и экономику, и технику, и науку делает человек. И на мой взгляд, не существует коммунизма, демократии, капитализма – все это придумано, все это ерунда. Главное – кто находится в системе управления, у кого власть. Эти люди должны быть честными, умными, мудрыми. У них нет права на ошибку. У нас есть еще, грешных. А у них нет. Надо сказать о том, что главное в образовании – это, все-таки, воспитание. И важно развитие, важно обучение. И если ранжировать, то это – главный аспект.
Я позволю себе сказать два слова о нашем проекте. Мы его назвали так «Честь, совесть, ум и отвага России». Честь нужна, чтобы я не позволил себя обидеть. Совесть – для того, чтобы отличить добро от зла. Ум дан, чтобы совершать добрые поступки. Отвага – не смелость, а отвага – потому что дело зашло уже очень далеко, «оскотинивание» приобрело такие грандиозные масштабы, что нужна отвага, чтобы решить эти проблемы. Это надсистемно, над всем. Все остальное будет вторичным. Главное – эти качества. Сформулированы же общечеловеческие ценности. В каждой религии обязательно есть заповеди. Все ценности примерно одинаковы: жизнь, семья, любовь. Это надо положить в основу, мне думается. И думать над тем, как это сделать достоянием людей из стран «восьмерки», а, может быть, и всего мира. Если мы так посмотрим на проблему, то я думаю, что это будет гигантский шаг вперед. Почему-то забывается об этом. Нет методик? Их можно создать, и мы их создаем. Надо начинать с глобальной, серьезной проблемы. Важно не только не потерять подрастающее поколение, но и сделать так, чтобы не потерять и еще не родившееся поколение! В конце концов, мы несколько поколений потеряли, несколько поколений нужно возрождать. Согласно нашим представлениям, человек начинается не тогда, когда он родился, не тогда, когда он был зачат, а тогда, когда собираются…

Участница. Извините, у нас лимит времени.

Тамберг. Извините, это очень серьезно. Сейчас еще полминутки, и я закончу. Именно так надо начинать! Ежели такой проект был бы предложен, наверное, было бы здорово.

Участница. Спасибо. Вам слово.

Участник. Вы проработайте текст самого предложения. А так – что говорить? В прошлой части нашей встречи я озвучил предложение, касающееся мигрантов. Меня попросили его сформулировать. «…Оказание финансовой и методической поддержки этническим диаспорам, желающим вести дистантное образование мигрантов и детей мигрантов на родном языке. В том числе, посредством телевидения и сети Интернет». Вот такое предложение. Если можно, запишите.

Участница. Я приношу извинения, это тематика не нашей секции. Но мы готовы передать коллегам.

Участник. Давайте. Я же сейчас не в той секции оказался.

Участница. Давайте мы передадим председателю секции. Передайте ваше предложение сюда к нам, а мы передадим коллегам. Кто еще хотел бы уточнить свою позицию? Мы сейчас подождем Нэйла. Он формулирует третью позицию.

Участница. Тут два тезиса в одном. «Государства создают международную систему экспертизы и оценки образовательной политики и практики с участием гражданского общества и международного экспертного сообщества». И под вопросом еще такой тезис: «важнейшим критерием оценки должна быть роль образования в развитии демократической гражданственности». Тут опять-таки, мы вступаем в область, которой другая группа занимается. Но что делать? Эта тема присутствует. Если мы оцениваем образовательную политику и практику, то, кроме традиционных критериев эффективности, нас должен интересовать такой вопрос: «образование как инструмент развития демократии». Мы видим, что при некоторых условиях система образования может играть совершенно иную роль! Существуют зарубежные программы воспитания патриотизма. Но при ближайшем исследовании обнаруживается, что они сильно развивают нетерпимость, формируют образ врага. На примере России мы это тоже видим. Не любое развитие образования оказывается благоприятным для общества. Поэтому, если мы говорим о системе экспертизы и оценки, возникает вопрос: должны ли мы как-то формулировать важнейшие критерии этой экспертизы и оценки? Наверное, нужно отразить соответствие определенным потребностям общества, акцентировать внимание именно на роли в развитии демократии и гражданственности.

Участник. Сейчас нам нужно будет прерваться: у нас перерыв на обед. Я хотел бы предоставить возможность выступить тем, кто еще не высказался. Пожалуйста. У Вас есть что-нибудь?

Участница. Я должна согласиться с тем, о чем мы уже говорили ранее, когда поднимали вопрос о прозрачности системы и о привлечении профессионалов и экспертов, работающих в сфере образования. Мне кажется, что там речь идет обо всех слоях общества и это нужно подчеркнуть. Можно мне еще раз прочесть все, что мы обсудили сейчас, начиная с первого предложения. Мы обсуждали систему образования для школ.
На встрече в Санкт-Петербурге лидеры должны согласиться разработать прозрачную систему образования, которая будет привлекать экспертизу и экспертные советы всех слоев общества. Для того, чтобы улучшить систему образования, чтобы привлечь все слои общества, чтобы дети и учащиеся могли играть большую роль в жизни, необходимо привлекать к этой системе учителей, родителей и детей. Все это должно оказать влияние на разработку политики на национальном и региональном уровнях. Кроме того, лидеры должны обеспечить обмен наилучшими практиками и наилучшим опытом между органами управления и обеспечить профессионалам в области обучения возможность продолжения своей дополнительной подготовки и переподготовки, повышения квалификации.

Участник. У меня вопрос. Вот Вы говорите: «…профессионалы в области образования…». Что Вы имеете в виду?

Участник. Моя коллега все время меня поправляет. Это очень правильно. Это способствует нашему диалогу. Страны «большой восьмерки» должны усилить обмен опытом. Причем, мы должны привлекать большое количество профессионалов в области образования и использовать большое количество программ.

Участник. Знаете, я по-прежнему не понимаю в точности. Например, как Вы говорите, орган самоуправления должен состоять из профессионалов. И что? Мы не должны упускать более детальное, более точное значение профессионалов. У нас могут быть преподаватели, полицейские, юристы.

Участник. Вы знаете, саморегулирующийся орган – он и есть квинтэссенцией различных слоев общества. Потому что это представительный орган. Во многих странах действует эта система. Даже в моей стране есть люди, которые не могут ни читать, ни писать. Просто неграмотные люди. Естественно, мы должны обеспечивать условия, при которых все эти люди должны будут быть вовлечены в наши программы. Люди, лорды, общественность способствуют ликвидации этой проблемы. Когда мы говорим о профессионалах, мы имеем в виду органы самоуправления, которые уже включают все эти слои.

Участница. Родители, дети… Второй пункт. Прозвучало «работодатели». У нас совсем пропал здесь бизнес.

Участник. Не совсем так. Это ученый мир. Есть учреждения образовательные… <…> деловые круги. У нас в Великобритании они очень тесно взаимодействуют и сотрудничают. И мы не можем отделить одно от другого. Мы говорим о детях, которые обучаются в школах. Естественно, на них оказывают влияние…

Участница. Мы часто говорим о консолидации образовательных усилий. Разные представители решают образовательные проблемы. Это консолидация образовательных усилий, чтобы все-таки эффективность образования была выше. Если это, конечно, входит в наши задачи.

Участница. Кто еще хочет сказать? Я выскажу свою точку зрения. Мне кажется, что фиксация того, что мы обсуждали, несколько отличалась от хода нашей дискуссии. Пропал запал направленных действий со стороны гражданского общества. Я бы хотела, чтобы председательствующий обратил на это внимание. Какие-то позиции мы должны усилить. Мы много говорили о профессиональном и экспертном потенциале, но в пунктах у нас он отсутствует.

Участник. По какому вопросу Вы выступаете? Первый, второй или третий? Что вы имеете в виду?

Участница. Во всех трех пунктах у нас гражданское влияние совсем пропало. Первая позиция была такой всеобъемлющей. Хотелось бы ее сохранить. Я думаю, что все ее поддержали, при ее обсуждении не было возражений. Но в окончательном документе мы все свели к школе. Я не могу этого понять и повлиять на это не могу. Хотя, стандарты – это, в первую очередь, система высшего образования. Что же тут говорить?

Участник. Понимаете, если мы вообще не укажем, что мы ожидаем постоянного развития профессиональных навыков, если мы этого не будем учитывать, не будем определять в наших документах то, как же все это произойдет? Вы считаете, само собой? А я с Вами не согласен! Мы признаем необходимость общественного движения, инициативы общественных органов. Я думаю, что широкие слои населения – это уже всеобъемлющее понятие, которое включает в себя абсолютно все слои нашего общества. Потому что при переводе русско-английском и англо-русском мы иногда немножко смешаем акценты. И, возможно, с этим связан ваш вопрос?

Участница. Точно. Мы говорили о влиянии всех сегментов общества на управление системой образования. Мы отталкивались от качества образования и социокультурной миссии. Хотелось бы, чтобы эти слова были сохранены. Есть какая-то реплика?

Тамберг. Реплика. Примерно год назад была конференция, организованная людьми из образования. Там я делал такой доклад «О преступлениях педагогики». Думал, меня тут же растерзают. Знаете, чем дело кончилось? Тем, что стали добавлять преступления. Действительно, их много. Одно из преступлений, например, такое. Мы готовим людей к будущему обществу и не представляем, каким оно будет. Какими качествами должен обладать человек? Я думаю, это очень важное дело, проблема перспективного прогнозирования. Вообще, проблем множество…

Участник. Я очень надеюсь, что у Вас есть список предложений. Я бы очень хотел на него посмотреть в частном режиме во время ланча с руководителями Вашей секции. Я призываю сделать предложения максимально четкими и конкретными. Мы хотели бы, чтобы у нас был документ - резолюция по работе секции образования, максимум, на две страницы. У нас сейчас пять рабочих групп. В два часа мы прямо на экран будем выводить текст и будем стараться его сводить. Мне хочется увидеть этот краткий документ и запустить его в дальнейшую работу. Я вас очень прошу ограничиться в рассказе собственного опыта, а перейти собственно к работе. Спасибо! Не забудьте пообедать.

Участник. Можно задать вопрос, прежде, чем мы прервемся на обед? Вы согласны с теми формулировками, которые мы уже предложили? Потому что, в принципе, это идеи окончательные. Можно доработать формулировку во время перерыва.

Участница. У меня комментарий к двум формулировкам. Государство обязуется обеспечивать условия реального участия институтов гражданского общества, родителей, студентов, профессионального сообщества в управлении образованием. Прежде всего, через прозрачность и информационную открытость системы образования и выработку правовых механизмов лоббирования интересов общества и гражданского влияния. Это первое. Второе. Государства создают международную систему экспертизы и оценки образовательной политики и практики с участием гражданского общества и международного экспертного и профессионального сообщества. Это пункт второй. Третий пункт. Он, конечно, будет касаться международных обменов практикой. Вокруг этих двух пунктов мы ходили два дня. Хотелось бы, чтобы они сохранились.

Участница. Единственное, что там у нас, все-таки, «..школ»…

Участница. Убрать слово «школы» везде и добавить educational system. Хотя, в английском эквиваленте school – это и колледж, и все. Здесь присутствуют трудности перевода.

Участник. Пусть будет «образовательные учреждения». Ничего страшного. Мне кажется, мы ходим кругами. Есть различные формулировки, термины… Сейчас, мне кажется, нужно не спорить о том, какое слово точнее, а какое нет.

Участница. Мне кажется, что часть предложений касалась именно нашего подхода к целям и к функциям образования. Может быть, часть предложений должна войти в преамбулу, которую придется несколько расширить. В подробностях я бы сейчас не хотела говорить. Уже нет времени.

Участник. Большое спасибо за участие в дискуссии.

Часть II

Участник. Дорогие друзья, я хотел бы вас познакомить с тем порядком работы, который я предлагаю. Если есть какие-то другие предложения, мы их послушаем. Сейчас хотелось бы обсудить именно процедуру, а не содержание. Нам надо подготовить некий итоговый документ. Я глубоко убежден, что если он будет очень большой, то его никто не станет читать. Поэтому очень бы хотелось, чтобы он занимал две-три страницы. Кроме того, я бы очень хотел, чтобы это был единый документ от всей секции образования. У нас образовалось пять рабочих групп. И я хотел бы, чтобы все эти пять рабочих групп смогли в него войти. Таким образом, в этот документ должны войти общей преамбулой конкретные предложения лидерам «восьмерки», без аргументации и без предыстории. Мне кажется, то, что мы можем сделать сейчас, практически за час работы - это свести в единый документ все эти предложения. При этом, я убежден, что глубоко их редактировать мы не сможем. У нас не хватит на это времени. Но я бы хотел, чтобы от каждой группы было выделено по два человека – англоговорящий и русскоговорящий. С тем, чтобы мы потом смогли сесть вокруг компьютера и технически этот текст отредактировать. В четыре часа во время общей сессии я хотел бы попросить кого-нибудь из вас озвучить и показать всем этот документ – итог нашей работы.
У меня в полном объеме есть материал только по третьей секции, на русском и на английском. Он был представлен и озвучен. И если он будет вами принят, значит, мы пойдем дальше. Предлагаю начинать с русского текста.

Денис Роза, РООИ «Перспектива». «Осознавая то, что сегодня в мире примерно 115 миллионов детей не учатся в школе, основываясь на заявлениях, сделанных лидерами «большой восьмерки» в Глениглсе в 2005 году и провозгласив бесплатное полноценное качественное начальное образование для всех детей к 2015 году, мы рекомендуем на саммите в Санкт-Петербурге лидерам «большой восьмерки» поддержать достижение программы образования для всех и декларацию «Юнеско», принятую в Саламанке, провозглашающую, что в процессы образования должны быть включены все дети, оказывая особое внимание детям, которые являются подверженными исключению из общества. Дети с синдромом Дауна, дети ВИЧ-инфицированные, сироты, прочие категории, уличные дети, дети, принадлежащие к национальным меньшинствам, эмигрантам, дети с ограниченными возможностями, дети с инвалидностью. Лидерам «большой восьмерки» заключить международное соглашение для продвижения широкомасштабного сотрудничества между представителями государственных структур и школ, педагогических институтов, общественных организаций, основанных для людей с ограниченными возможностями и членам их семей, для того, чтобы продвигать достижения инклюзивного образования для всех на всех уровнях образования внутри стран «большой восьмерки». И выделять 10 миллиардов долларов в США в год на эту программу, чтобы эта программа могла вовлечь всех детей».
Это программа, которая была принята. Она направлена на расширение образования для детей в развивающихся странах. Как раз имеется в виду, что это по всему миру, но, в основном, для тех стран, которые не в «восьмерке». У нас есть текст на английском.

Участник. Мне бы хотелось добавить одну вещь. Мы с Нейлом уже обсуждали эту преамбулу. В ней есть ссылка на решение большой восьмерки, которое касалось, в том числе, начального образования. Нам кажется, что слово «начальное» из преамбулы лучше убрать. Чтобы не сужать сферу. Будет более общий документ. Хорошо? Есть ли у кого-то, только если очень кратко, не редакторские возражения, а какие-то принципиальные вещи, что мы что-то совсем принципиально упустили? Если есть, пожалуйста! Согласна ли группа образования включить эти положения в нашу финальную декларацию? Согласны. Я прошу отвечать на этот вопрос.

Денис Роза. У нас еще было предложение по поводу преамбулы о включении в нее понятия инклюзивного образования, о том, что оно должно включать всех детей и быть основой для всех нас.

Участник. Хорошо. Спасибо. И кто те два человека, которые готовы взять на себя труд редактировать общий документ? От вашей группы, Денис. Сегодня у нас будет ровно полчаса, чтобы чисто редакционно свести все в один текст.

Реплика. «Ограниченные возможности» уберите, пожалуйста, из текста. Не с ограниченными возможностями, а с дополнительными потребностями.

Денис. Я против. «Дополнительные потребности»? Я не понимаю такого термина.

Реплика. А я не понимаю термина «ограниченные возможности».

Денис. Тогда, в связи с инвалидностью, может быть?

Реплика. Может быть.

Участник. Я должен представить комментарий от имени Петро Бабьери из Италии
(Fish - Italian Federation to overcome handicap): обязательства приверженности образованию должны быть узаконены во всех странах.

Участница. Коллеги. Поскольку, текст у всех есть, перечитывать его смысла нет. Я остановлюсь на идеях. Как мы планируем их дальше реализовывать и продвигать? Во-первых, мы согласились вернуться к понятию глобализации, потому что никогда бы не было «большой восьмерки», если бы не было признания, что происходящий в мире процесс глобализации требует согласованных решений в обществе. Поэтому наша группа сосредоточилась на том, какие вызовы, ставит именно факт и перспектива глобализации перед образованием? И мы увидели, что глобализация дает новые возможности. С другой стороны, глобализация формулирует и предъявляет определенные риски, стрессы, ограничения, но и накладывает некоторые новые требования на правительства, которые должны компенсировать эти риски и проблемы, которые создает глобализация для личности, пытающейся состояться в этом мире. Поэтому перечислили несколько определяющих вызовов глобализации. Мы увидели, что основное - это возможности. Глобализация в сфере образования чрезвычайно расширяет возможности для получения образования. С глобализацией отношений в мире система переворачивается и перестает быть вертикальной: когда есть «я-учитель» и есть «я-ученик», и для меня, ученика, учитель – это безусловный авторитет, к которому я обращаюсь за знаниями, за поддержкой, за местом в мире, это мой источник ценностей... Но по мере того, как развиваются связи в мире, развиваются возможности физического передвижения лиц по странам и континентам и информационно раздвигаются границы мира, мы видим, что получить необходимое образование мы можем не только в нашем городе, а в соседнем городе, в соседней стране, на другом континенте... И мы видим новые возможности для собственной самореализации. Система становится горизонтальной. Есть идея самообразовательного пространства, которое для каких-то детей, например, с инвалидностью, ограничено своей школой. Правительства и гражданские организации должны осознать, что образовательное пространство становится безграничным, глобальным. И мы должны помочь людям это осознать, чтобы они использовали все образовательное пространство мира, как образовательное пространство для себя и могли им пользоваться. И жить в этом мире, используя все возможности для самообразования и самореализации.

Участник. У меня большая просьба. Мы можете зачитать тот абзац, итоговый, который нужно положить в общую резолюцию?

Участница. Уважаемые коллеги. Так как группа работала над рядом вопросов, мы предлагаем в том тексте, который вы видите, во второй и четвертый абзацы сверху включить преамбулу нашей декларации, которую мы принимаем по образованию. Эти абзацы констатируют следующее.
«Образование является одним из прав человека, выступает одной из предпосылок достижения устойчивого развития, включая обеспечение экономической жизнеспособности, справедливости, социальной сплоченности, охраны окружающей среды и устойчивого управления природными ресурсами. С тем, чтобы удовлетворить потребности нынешнего поколения, не нанося при этом ущерб возможностям будущих поколений удовлетворять свои потребности. Образование – важнейший инструмент эффективного управления, обоснованного принятия решений и развития демократии».
И второй абзац. Тоже для преамбулы. «Вызовы глобализации состоят в расширении образовательного пространства до масштабов всей планеты. Изменение значимости личности учителя в связи с появлением множества центров получения знаний и информации, отсутствие единого авторитета и единого источника знаний – все это резко повышает требования к личности в самостоятельном поиске образовательной информации».
Далее в документе сформулированы пять пунктов, которые мы просим включить в качестве вклада группы. Последний, шестой, без номера. Он дан курсивом.
«Мы, представители гражданского общества, работающие в области образования, предлагаем организовать международную систему общественной профессиональной экспертизы образовательных инициатив в указанных приоритетных областях и региональных центрах научно-технической информации под эгидой G8 для дальнейшего развития и совершенствования образования в условиях глобализации. Мы готовы активно участвовать в этом процесс». Это может быть тоже общим заявлением. Если вы хотите, чтобы я зачитала четыре пункта, которые мы просим включить в резолюцию от группы, я могу это сделать.

Участник. Давайте зачитаем, чтобы все их знали.

Участница. «Мы, представители гражданского общества, призываем лидеров стран G8 в своем политическом заявлении 2006 года подчеркнуть, что перед развитыми странами стоит ряд приоритетных задач в области образования, формирования и развития нового образовательного пространства в масштабах всей планеты, а следовательно, расширение содержания и переориентирование управлением образованием. Расширение понятия «образование», как передача знаний, «education», до более емкого понятия «learning». Предоставление новых возможностей доступа к образовательным ресурсам. Расширение спектра имеющихся в свободном доступе, в том числе, через Интернет, материалов, за счет поддержки создания порталов, сайтов, новых поисковых систем, размещения в Интернете обзоров, библиотек, перевода информации на национальные языки, использования информационных ресурсов неправительственного сектора. Признание объективных глобальных процессов, обеспечение поддержки граждан за счет переориентирования системы образования в новых условиях. В том числе, приоритезировать регулирование миграций и поддержку мобильности через стимулирование получения новых квалификационных навыков, необходимых в условиях расширяющегося глобального рынка труда при гарантированном обеспечении универсальности прав человека и особого внимания к реализации прав ребенка. Воспитание ответственного отношения к окружающей среде, толерантности, взаимного уважения к культуре и традициям различных народов, переход к устойчивым моделям производства и потребления в целях устойчивого развития. При формировании образовательных стандартов на всех уровнях обеспечить условия для свободного поиска и доступности каждому образовательной информации для самообразования. В целях достижения жизненного успеха и возможности самореализации личности. Мы уверены, что такой подход к образованию заложит необходимую основу для достижения глобальной безопасности и перехода к устойчивому развитию».

Участница. Краткие ремарки на эту тему.

Участник. У меня вопрос. Какое одно конкретное действие вы ожидаете от стран «восьмерки» и какой один конкретный результат этого действия?

Участница. Вопрос на понимание, а не на ограничение. Я с этого начинала. Глобализация ставит определенные вызовы перед странами, перед правительствами, перед людьми. Если мне придется оказаться в другой стране, снесенной миграционным потоком, помимо моего желания, я окажусь в среде, непонятной мне, чуждой. Я не понимаю, что делать. Одно из конкретных действий, которое мы сформулировали прямо, что в тех программах образования, которые есть, и в тех стандартах, которые планируются для каждой конкретной страны, лидеры стран должны предусмотреть, кроме жестких норм и обязательств, наличие свободного пространства. А именно, что если существует платный закрытый колледж, платная закрытая школа, в которой есть информация, которая нужна мне, как мигранту или как человеку, который туда попал против своей воли, то правительство обязуется в рамках этих стандартов обеспечивать возможности для свободного поиска информации человеку, который желает самообразования. Это решение, которое лидеры стран должны принять в виде декларацию Мы предполагаем, что это будет в форме некой конвенции, которая будет проработана более детально. И когда эта конвенция будет проработана, что именно обязуются делать лидеры стран, как они будут строить свое образование, чтобы делать его открытым, тогда по нашему предложению, которое мы готовы инициировать, члены нашей группы, и мы вам предлагаем подключиться, организуют – каждый в своей стране - инициативную группу, которая занимается мониторингом того, насколько правительство соблюдает эти договоренности. По примеру того, как работало хельсинское движение. Когда была принята декларация прав человека и было обращение к общественности всех стран всего мира о том, что правительства договорились соблюдать права человека, а вы, граждане, образуйте инициативные группы, которые будут за этим наблюдать.
Мы предлагаем правительству подписаться под обязательствами исполнять эти нормы, а гражданским организациям создать мониторинговые группы, которые будут за этим наблюдать.

Участник. Спасибо большое. У нас есть еще три группы. Я хочу, чтобы они тоже были услышаны. Давайте последний вопрос!

Юрий Кац, Ассоциация родителей детей-инвалидов "Свет" (г. Владимир). Пятый абзац. Начало. «Мы, представители гражданского общества, ученые, преподаватели, представители НПО»…. Или мы все представители НПО? И ученые, и преподаватели сюда входят. Или, я прошу прощения, давайте добавим родителей. Потому что там еще говорится об образовании детей. И родителей оставить в стороне нельзя! Спасибо.

Нина. Спасибо за добавление. Принимается.

Нодари Хананашвили, союз «Гражданское общество – детям России» (г. Москва). У меня тоже есть принципиальное соображение. В первом же пункте в качестве императива утверждается переориентирование управления образованием. С методологической точки зрения, мне кажется, это серьезный дефект, связанный с тем, что мы используем модель революционной замены, вместо использования модели эволюционного дополнения. Прежде, чем менять что бы то ни было, если мы с вами говорим, коллеги, об устойчивом развитии, надо обеспечивать и долю консерватизма, который предусматривает обогащение имеющихся форматов управления образованием новыми. Затем, через, может быть, какие-то конкурентные исследовательские сравнения - поиск наиболее эффективной модели. И постепенного эволюционного перехода к этой модели. Еще момент. Второй абзац преамбулы. «Устойчивое управление» - я не совсем понимаю. Есть такой термин «разумное управление».

Участник. У меня очень большая просьба: давайте не будем решать редакционные вопросы.

Участница. Нодар, главная идея принимается. Мы против революционных изменений. Совершенно очевидно, что мы не революционеры и не хотим никому ничего навязывать.

Участник. Спасибо большое. Я бы хотел сейчас представить результаты работы первой и четвертой групп. Я попрошу Валентина Гефтера это сделать.

Гефтер. Я не буду читать все, что вам здесь видно. Опять просьба – не придираться к некоторым нестыковкам в словах. Давайте пойдем по пунктам. Генеральная идея, которую мы хотим внести в головы шерпам и дальше – вверх.
«Объявить 2007 год годом гражданского образования, в рамках которого разработать в сотрудничестве с институтами гражданского общества план совместных действий государств-членов «восьмерки». Инициировать разработку национальных и международно-правовых нормативных актов в этой сфере…». Конечно, тех, которых недостает. Хотя, там ничего нет почти. «…в том числе, проекта конвенции ООН о гражданском образовании и инициировать рассмотрение его генеральной ассамблеей». «Признать, что третий сектор наших стран является полноценным партнером государств в продвижении и реализации гражданского образования. Для чего, в частности, создать международный исследовательский центр (фонд) по данной проблематике, задачами экспертов которого должны стать следующие пункты: аккумуляция и распространение опыта гражданских прав в рамках образовательных учреждений и жизни местных сообществ. В формах добровольчества, развития выбранных процедур, деятельностью уполномоченных по правам участников образовательного процесса…». И, может быть, иных, если мы добавим или объединим из других секций. Второе направление этого исследовательского экспертного центра – «разработка взаимоприемлемых содержаний понятия гражданского образования, образовательных стандартов и критериев оценки его качества…». Понятно, что речь идет о взаимоприемлемых. Это, в первую очередь, межстрановой взаимоприемлемости и приемлемости для государственных и негосударственных подходов. Третье. «Отработка и распространение инноваций и современных технологий гражданского образования и правового просвещения…». Это база, которую мы, как третий сектор, готовы предоставить государству для продвижения гражданского образования, как этого приоритета. «Признать, что создание системного гражданского образования и программ его реализации возможно только при сочетании деятельности структур государственного (все время подразумевается и муниципального, когда говорится про образование) образования и неправительственных институций и неформальных методов в данной сфере». Убедить государство, что без нас оно не справится…

Валентин. <…> Государственный (муниципальный) заказ на создание информационно-правовых центров гражданского образования и, может быть, других проектов в этой сфере, не только такого рода. Имеются в виду библиотеки, любые формы на базе библиотек, неправительственных организаций.
Второе. Рекомендовать государственным органам образования (это спорный пункт, поэтому он может обсуждаться) использовать в качестве одного из типов дополнительного образования (в России есть закон об этом) неправительственных центров гражданского образования независимо от формы их собственности. Имеется в виду не только форма собственности, но и организационно-правовая форма, может быть, лучше добавить.
То есть мы настаиваем на том, чтобы государственная система дополнительного образования видела, слушала и использовала наши ресурсы на равных началах с государственными, если они у них есть.
Третье. Специально обращается внимание на это: разработать и внедрить и на национальном и на региональном уровне нормативно-правовую базу, в том числе подготовки кадров в сфере поддержки инноваций и технологий гражданского образования. То есть чтобы современные методы были государством правовым образом признаны. Наши методы.
И последний, может быть, ещё более спорный пункт из этого блока в этой работе государственных и негосударственных систем: создать специализированную международную сеть виртуального доступа граждан к правовой информации и механизмам национальной и международной защиты их прав. По крайней мере дать средства на создание.
На это было справедливо сказано, что уже и так существует масса правовых систем. Но мне кажется, что здесь разумная идея состоит не в том, чтобы люди искали в интернете на платной или даже бесплатной основе (хотя обычно на платной это происходит) те или другие нормативные акты, а создать такую систему, при которой даже рядовая бабушка могла бы в интерактиве найти возможность получить виртуальную консультацию.
Второй блок, который вызвал у нас дискуссию не столько по конкретным рекомендациям, сколько по общей философии. Читаю.
На основе мирового опыта рекомендовать внедрение или введение систем участия независимого юридического правозащитного сообщества в профессиональной подготовке (пропущено) должностных лиц разных уровней.
На самом деле, задача очень общая. Мы её хотим конкретизировать, по крайней мере, на российской почве…
Написанный ниже абзац: считаем данную задачу первоочередной для России с точки зрения организации гражданского профессионального образования сотрудников так называемых закрытых систем с участием третьего сектора.

Ведущий. Валентин, у меня просьба ко всей группе: те рекомендации, которые носят очень специфичный российский характер сейчас можно обозначить, но подробно обсуждать их было бы неправильно.

Валентин. Рекомендации все три здесь общие. Просто для России, так сказать, поставлен приоритет, что надо начать с этого и сделать акцент на этом. Но сами все три рекомендации, которые тут есть, касаются практически всего.
Я их тогда прочту, чтобы зарубежные участники понимали, о чём идёт речь.
Разработать стандарты и механизмы гуманитарного и профессионального обучения и повышения квалификации отдельных категорий должностных лиц, для России в первую очередь – армейского, милицейского, пенитенциарного ведомства, детских и иных учреждений социальной защиты. То есть там, где потенциальный риск их непрофессионального и негуманного поведения особенно велик.
Второе. Ввести внутриведомственный порядок аттестации этих должностных лиц и повышение их по службе в зависимости от успехов в этом гражданско-правовом обучении. Ну и, конечно, правоприменении.
Обращение к государственным и ведомственным средствам массовой информации, чтобы эти масс-медиа разрабатывали и вели постоянно действующие просветительские обучающие программы в сфере гражданского образования, для чего правительство, местные и центральные власти должны создавать специальные фонды и практиковать заказы на создание таких целевых проектов и программ масс-медийного обучения и просвещения. Всё немножко общо, но более конкретно не пропишешь.

Ведущий. Спасибо. Большое спасибо. Будут ли какие-то комментарии по существу или какие-то замечания дополнительно? Да, Сергей, пожалуйста.

Сергей. Валентин, дайте, пожалуйста, определение гражданского образования. Чтобы всем было понятно.

Валентин. Была уже попытка и на секции, и здесь от нас потребовать математически выведенной формулы. Мы очень хитро ушли от того, чтобы поручить будущему исследовательскому центру и Конвенции создание проекта этой точной формулировки. Но я Вам могу своими словами объяснить.
Мы понимаем под этим, в первую очередь, правовое, правочеловеческое образование и, грубо говоря, обучение гражданским практикам на конкретных деятельных примерах. То есть туда могут входить разные формы, но мы это понимаем не только как обучение нормам и гуманитарным стандартам применения этих норм, но в понятие обучения или, лучше сказать, гражданского образования мы вносим то, что это есть распространение практик. Самых любых: добровольческого участия на самом школьном или местном уровне, любые формы не только теоретического, но и практического проявления гражданственности, если хотите.

Сергей. Таким образом, если участники образовательного процесса в процессе образования помогают, например, детям-мигрантам, детям-инвалидам…

Валентин. Да, это есть форма гражданского образования.

Сергей. Теперь понятнее.

Ведущий. Большое спасибо. Пожалуйста, Нина, давайте, только очень коротко.

Беляева. Очень коротко: мне кажется, вообще неправильный тон во всём этом заявлении, потому что оно делится на две части.

Валентин. Это не заявление. Это рекомендация.

Беляева. У меня мнение следующее. Во-первых: «Мы, гражданские, хорошо всё делаем, а вы, государственные, – неправильно. Вы должны признать наши методы либо дать нам деньги, чтобы мы всё это делали, дайте нам соцзаказ».
Это этика неправильная. Потому что гражданские инициативы, когда они ясны, понятны и признаны, они и так признаются государствами. Ещё от них требуют признания гражданских инициатив, когда это дело гражданского общества каждой конкретной страны. И поэтому общий призыв: «Вы, государства, должны признавать наши методы» - это, мне кажется, расписаться в собственной слабости. Это выглядит немножко просительством. Поэтому, мне кажется, неудачен тон. Надо об том подумать.
И второе: международный год гражданского образования, объявленный ООН, кончился в 2005 году. Всё, спасибо.

Валентин. Можно пояснения по второму? С первым дискутировать не буду. Совет Европы объявил 2005 год, только Совет Европы, годом обучения правам человека. Это гораздо уже и географически, и тематически, чем то, о чём говорим мы. Поэтому одно другому, с нашей точки зрения, не противоречит.

Ведущий. Спасибо. Да, пожалуйста.

Реплика. Тоже маленькая реплика, она где-то корреспондируется с тем, что сказала госпожа Беляева. На самом деле это год, объявленный Европой, он называется годом гражданственности, а не «по правам человека». Поэтому мне кажется, что это вызовет недоумение.
Второе. Там заявлено о создании сети гражданского образования. Такая сеть, созданная в Европе, существует в течение 8 лет. Это некий дубликат…

Ведущий. Хорошо, пожалуйста.

Реплика. Я хочу сказать по поводу вот этой бумаги: «Глобальный вызов образованию». Меня она очень пугает.

Ведущий. Вы знаете, сейчас мы не будем…

Реплика. В конце вот здесь экспертиза. Я задаю вопрос: с какой целью экспертиза? Вот эти люди работают, вот это пишется здесь, а это зачёркивается потом. С какой целью экспертиза? Помогать или брать взятки и закрывать всё это? Я не понимаю.

Ведущий. Хорошо, спасибо. Мы сейчас обсуждаем работу секции номер один. Это гражданское образование. Пожалуйста.

Реплика. Спасибо. У меня маленький комментарий или уточнение по поводу признания третьего сектора партнёром. Может быть, имело бы смысл сделать ссылку к саммиту в Йоханнесбурге, где партнёрства были приняты на глобальном уровне…

Ведущий. Вообще, по всем вопросам.

Реплика. Вообще, да. И призвать лидеров «восьмёрки» следовать тем решениям, которые были приняты. Это бы решило и ряд других вопросов, если когда-то уже что-то было сказано.

Ведущий. Спасибо вам большое за очень конструктивное добавление. У нас есть ещё одна группа, которую мы хотим обсудить. Это группа номер два – участие граждан в управлении образованием. А к четвёртой я потом вернусь.
И тут я хочу сказать несколько слов. У нас здесь есть два документа, которые сделаны и по-английски, и по-русски. И у нас было два соведущих на этой группе, английский и русский. И пока эти тексты близки, но не идентичны. Поэтому я попрошу, наверное, выступить двух ведущих и рассказать про каждую свою версию для начала.

Нейл. Большое спасибо, Антон.
Итак, я должен сказать, что мы старались быть очень краткими, очень точными. Мы считаем, что во время встречи в Санкт-Петербурге лидеры стран «большой восьмёрки» должны создать прозрачную систему образования, которая была бы способна привлечь опыт и экспертизу ряда слоёв общества.
Номер два. Для того чтобы улучшить систему образования, которая предлагается ученикам, чтобы они могли потом принимать активное участие в гражданском обществе, необходимо привлекать к приятию решений всех участников этого процесса, то есть родителей, учителей и учеников. Они должны обладать всеми юридическими механизмами и правами, чтобы их решение, их мнение было услышано на самом высоком уровне.
И мой собственный комментарий. Экономическое развитие и соединение общества.
Номер три. Лидеры стран «большой восьмёрки» должны создать условия для обмена наиболее ценным опытом и обеспечить условия в том, чтобы все эксперты, которые участвуют в управлении процессом образования, и сами профессионалы сферы образования принимали участие в этом процессе. Большое спасибо.

Реплика. Я никакой не ведущий этого стола. Ведущий у нас господин Пинский, который сегодня не присутствовал и вчера, заявив о своём неучастии, попросил, так как у нас была довольно активная группа с предложениями, помочь господину Нейлу.
Но у нас получился, может быть, немножко разный подход к тому, что мы сформулировали, потому что мы собирали и наращивали предложения в ходе дискуссии и параллельно дорабатывался какой-то предварительный текст, как нам показалось. Поэтому мы пришли к выводу, что всё-таки раз мы не достигли консенсуса, то сформулируем и представим ещё один вариант. Мы не успевали уже переводить ничего.
У нас нет никаких разногласий по пункту 3. Уже в ходе общей дискуссии Антон Михайлович подчеркнул (это было и в общей преамбуле, но у нас тоже звучало) начальное образование для детей, и мы вели всё время речь об образовании как о системе в целом. Поэтому у нас преамбула выглядит немножко по-другому.
В целях повышения качества образования в условиях интенсивного развития новых знаний, социальных преобразований и усиления социально-культурной миссии образования участники принимают следующие рекомендации.
Ещё очень важный момент: нам показалось, что мы совсем потеряли здесь, называя это всё сообществом, важнейший элемент гражданского участия. Он как бы растворился. Все эти инициативы немножко отодвинулись.
Государство обязуется обеспечить условия реального участия институтов гражданского общества (родителей, студентов, учащихся, профессионального сообщества) в управлении образованием, прежде всего через прозрачность и информационную открытость системы образования и создание правовых механизмов лоббирования и гражданского влияния.
Вторая позиция. Я не знаю, сейчас уже английскую версию сняли, можно было бы сравнить ещё разок. Государства создают (имеется в виду «восьмёрка») международную систему экспертизы и оценки образовательной политики и практики с участием гражданского общества и международного экспертного и профессионального сообщества.
Вот такие у нас получились здесь разногласия.

Ведущий. Хорошо. Спасибо большое. Мне кажется, это не разногласия, а просто надо взять все эти идеи и как-то их объединить, и, я думаю, всё получится.
Я вот тоже тут перекинулся несколькими словами с Нейлом. Он говорит, что этот пункт звучит очень локально и ориентированно на Россию: «обеспечить условия реального участия институтов гражданского общества». Я не вижу здесь ничего страшного и думаю, что мы сможем все предложения включить, просто пунктов там будет не три, а четыре. В этом я не вижу ничего страшного, будет нормально.
Дальше лидеры сами будут решать, что они считают наиболее важным, а что наименее.
Все ли так считают? Есть ли вопросы по существу? Пожалуйста, только подойдите к микрофону, если можно.

Ордашов. Андрей Ордашов, общественная палата города Владивостока, главный редактор газеты «Собрание Приморья».
По проекту, предложенному господином Гефтером, то, что касается отношения государства к средствам массовой информации. Средства массовой информации, даже притом, что мы условно их признаём как власть, это, всё-таки, одна из частей гражданского общества, поэтому здесь предлагать государству создание средств массовой информации, которые бы работали на образование, это последний пункт, по-моему…

Ведущий. Извините, пожалуйста. Давайте в общей дискуссии потом. Вы могли взять слово, когда мы обсуждали… Мы сейчас обсуждаем участие граждан в управлении и развитии образования.

Сергей. Две очень коротких ремарки. Первая: для того чтобы включить интересы сообщества, а не ограничиваться только российскими условиями, надо просто добавить к слову «обеспечивать» слово «и развивать». И тогда мы тем самым основную часть необходимых действий со стороны других стран реализуем. Понятно почему.
И второе связано с терминологическим моментом. Когда мы говорим об оценке и экспертизе… Вообще, оценка – это один из элементов экспертизы. Я бы не стал выделять понятие оценки. Если мы систему экспертизы создаём, то экспертиза включает в себя мониторинг, анализ и оценку. Можно там прогнозирование и т. д.

Ведущий. Спасибо большое. Представьтесь, пожалуйста.

Калюжный. Калюжный Дмитрий. За эти два дня на всех, наверное, подразделениях нашего круглого стола пытался выступить товарищ Тамберг, выражая свою озабоченность положением с воспитанием. Во время перерыва мы с ним подработали формулировки, они, по-моему, подходят сюда.
Государства поддерживают инициативы граждан и образовательных учреждений, направленные на воспитание учащихся и через совместный труд на благо общества. Это во-первых, заодно я его зачитываю. Может быть, отдельным пунктом, может идти дополнением к тому, который тут обсуждался, о недопущении религиозной и антирелигиозной пропаганды в школах. При всём при этом преподавать основы общечеловеческой нравственности и правила цивилизованного поведения.

Ведущий. Хорошо, спасибо. Да, Сергей.

Сергей. Уважаемые коллеги. Когда, с одной стороны, существуют острые проблемы общества, а, с другой стороны, власти не слышат эти острые проблемы, возникают ситуации борьбы, давления и проявления экстремизма. Я не знаю, насколько серьёзна ситуация в странах «семёрки», но в России 2 миллиона детей вообще не учатся. В России 200 тысяч детей-инвалидов не учатся. В России дети с ВИЧ-инфекцией лежат в больницах и не могут никуда пойти и т. д. А мы обсуждаем какие-то такие верхние задачи. Я не совсем понимаю, как они отвечают…

Ведущий. Сергей, извините, пожалуйста.

Сергей. Можно закончить?

Ведущий. Нет, нельзя, потому что мы обсуждаем…

Сергей. Тогда идут демонстрации, тогда люди выходят на улицы, потому что Вы не даёте сказать. А мы обсуждаем…

Ведущий. Просто это тема другая.

Нейл. Вы знаете, в нашей группе есть председатель.

Реплика. Мы не построим сейчас работу в оставшиеся минуты на принципе «у тебя всё плохое и неважное, а у меня важное». Давайте будем толерантными.

Ведущий. Пожалуйста.

Альтшулер. Борис Альтшулер, «Право ребёнка». «В начале было Слово», - говорит Библия. Вчера Антон Михайлович сказал слово «Образование для всех», в том числе для детей уязвимых и всех-всех-всех. Единственный метод этого добиться – развивать образование по месту жительства, в обычных школах. Инклюзивно. И мы просим это включить.
Почему это важно в смысле гражданственности? Необходимо развивать всевозможные формы школьного самоуправления - это слова для формулировки. Там есть службы примирения, уполномоченные парламенты школьного самоуправления. А что особенно эффективно при адаптации в обычных школах детей уязвимых групп?

Ведущий. Большое спасибо. Я ещё раз очень попросил бы высказываться в соответствии с теми разделами, которые мы обсуждаем. Инклюзивное образование – мы с этого начали обсуждение, и всем была предоставлена возможность сказать всё, что нужно. Эта тема сейчас немножко другая. Я понимаю, что они все пересекаются.

Сергей. Сформулирую вопрос: какие острые проблемы какой-либо страны решаю вот эти формулировки? Вот это мой вопрос.

Ведущий. Хорошо, спасибо большое. Я, например, глубоко убеждён, что эти формулировки решают некоторые острые проблемы. Более того, те 20 человек, которые работали в этой группе, даже 25, я думаю, тоже выдвигали эти предложения, и мы должны относиться к ним с уважением. Лариса, пожалуйста.

Лариса. Я бы хотела как участник этой группы ответить коллеге, который спросил, какие важные проблемы это решает. Дело в том, господа, что у нас тоже члены группы испытали эту трудность. То есть, тему гражданского участия они поняли как тему «Каким мы видим образование, какие цели мы ставим перед образованием, какие задачи должно решать образование». А на самом деле этот вопрос, так или иначе, освещался во всех группах, то есть что мы хотим от образования. Но если мы говорим о том, как обеспечить участие граждан, то нам приходится думать о том, какими путями, каким способами, какими механизмами мы это можем обеспечить.
Если Вы, коллега, как гражданин будете действительно влиять на образование дальше, Вы же сами сможете объявить важные проблемы и добиться того, чтобы они решались. А одна из наших целей – добиться того, чтобы гражданское участие реально было.

Ведущий. Большое спасибо. Я сейчас хочу предоставить слово Валентину Гефтеру, который будет «отдуваться» за четвёртую секцию. И я очень прошу участников четвёртой группы также присоединиться к этому выступлению. К сожалению, у нас нет набитого на экране текста, он пока только бумажный, но тем не менее я хотел бы, чтобы эти идеи тоже не были потеряны.

Гефтер. Я хочу напомнить, что ушедший от нас на госсовет Аркадий Аркадьев сказал, что он испытал культурный шок вчера. Я испытал некультурный шок от того, что практически формулировок не наработано, а то, о чём говорится, с моей точки зрения, вызвало сильные разночтения. Поэтому я выношу сейчас какие-то сырые полумысли, полуфразы, а мы должны подумать, что из них включить и потом доверить редгруппе какое-то доведение их до ума.
Первое. Я бы переформулировал название этой части так: образование в мультикультурном обществе в целях интеграции этноконфессиональных сообществ и мигрантов. Понятно, о чём идёт речь? Может быть, координатор наш это наберёт, если это не вызывает раздражения, потому что иначе…
Речь идёт об образовании в мультикультурном обществе в целях интеграции этноконфессиональных сообществ и мигрантов. Если это политкорректно, то тогда дальше пойдём по тому, что же имели в виду те эксперты, которые тут работали.
Под названием или под содержанием? К содержанию я перехожу сейчас.
Первые два пункта их тезисов касались того, что в школах государственный язык (формулировка мне абсолютно чуждая, но так написано у меня) должен преподаваться для всех граждан на одном уровне, обеспечивающем равные возможности для их дальнейшего развития.
Второй тезис: национальные языки (до этого речь шла о государственных, понятно, что имеется в виду) должны изучаться на уровне, сохраняющем национальную идентичность детей тех, которые составляют это сообщество, говорящее на этом языке.
Я не знаю, как объединить эти два пункта, касающиеся двух сторон одного и того же явления. Я могу просто пояснить своими словами, как я понял из российского опыта, что имеется в виду.
С одной стороны, там, где в численном отношении торжествует русский язык, мало внимания уделяется государственной поддержке национального культурного образования. С другой стороны, есть регионы Российской Федерации, в которых недостаточно внимания уделяется общему для всей страны, скрепляющему её культурное и прочее единство, в данном случае государственному русском языку, а идёт как бы преобладание преференции по отношению к языку тех больших сообществ, которые преобладают в том или другом регионе России.
Как объединить эти крайности в одном и том же подходе и сформулировать государственную политику, я не знаю, кроме общего пожелания не ударяться в эти крайности и поддерживать баланс там, где хуже, что-то страдает, что-то подавлено. Как это написать – на ваше усмотрение, если это вообще нужно.
Третий тезис, который был ещё вчера в работе этой группы: история должна излагаться таким образом, чтобы не унижать другие народы. Замечательно, я предлагаю сразу это ввести одиннадцатой заповедью в Библию. Но что сформулировать здесь для государства? Как попросить его?
Наше обсуждение свелось к одному тезису: чем дальше будет государство держаться от указаний предметного содержания тех или других предметов и больше поручать это плюрализму гражданского общества, тем лучше, с моей точки зрения. Другого тут ничего не придумаешь, кроме как: «Не лезьте своими руками туда, где всё равно ничего хорошего не сделаете». Поэтому я - сторонник того, чтобы этого тезиса в каком-то виде, кроме общей идеи, не было.
Четвёртый тезис касается соотношения религиозного и светского образования. Вы помните дискуссию до обеда. Нам кажется, что минимальное, что можно здесь оставить – это то, как наработали эксперты вчера. То есть: государственные и муниципальные школы и образовательные учреждения – не место для религиозной или антирелигиозной пропаганды. Потому что с моей точки зрения это – тот минимум, на котором можно согласиться, с точки зрения понимания термина «пропаганда». Но я бы ещё добавил сюда то, что государство должно выказать своё предпочтение мультиконфессиональному образованию, чтобы даже в тех странах, где есть явное монорелигиозное преобладание одной главенствующей конфессии, не было в государственных и муниципальных школах такого религиозного образования только в рамках одной конфессии.
Остались последние два тезиса, которые касаются мигрантов. Казалось бы, конкретная проблема, но даже по ним сформулировано всё несколько общо. Я читаю, как они сформулировали: государство должно обеспечить обучение мигрантов государственному языку (ужасный, по-моему, термин) в объёме, необходимом для бытового общения и профессиональной деятельности этих мигрантов. Имеются в виду трудовые мигранты, беженцы, понятно, какие категории граждан. Это первое.
Второе: государство должно обеспечить ознакомление с основами истории и культуры страны пребывания и региона проживания этих детей-мигрантов. Первое – язык, второе – история и культура страны.
И третье, что касается этого подпункта, читаю: при необходимости государство должно обеспечить профессиональную подготовку представителей мигрантов и одновременно обеспечить подготовку, как предлагали, сотрудников миграционных служб с точки зрения их нормальной работы с этими категориями населения.

Ведущий. Спасибо большое.

Нейл. Я буду краток. Вы сделали замечание относительного того, чтобы в государственных учреждениях не преподавались никакие религиозные предметы. В целом, конечно, я с Вами согласен. Но, если Вы представите эти предложения «большой восьмёрке», лично моё мнение, что Ваше предложение отклонят.
Я из Великобритании, я скажу о Великобритании: у нас в стране практически треть всей деятельности тем или иным образом связана с религией, а именно, с католицизмом и англиканством. Понимаете, эта нить проходит через всю нашу жизнь, через всё наше общество. Вы просто не можете отказаться от этого, по крайней мере в Великобритании. Поэтому попробуйте немножко изменить своё предложение.
Спасибо.

Реплика. Может быть, у меня немного более общее замечание. Я хотел бы, чтобы мы правильно сформировали наше видение, потому что шерпы будут заниматься только определённым кругом вопросов, и шерпы попросили нас выдать им различные темы для того, чтобы они могли принимать решения. Мне кажется, что вы преуспеете в этом, но необходимо дать какую-то возможность выбора нашим шерпам.
Мы всегда, конечно, пытаемся найти какие-то точные ответы на то, что мы решаем. Но, работая в группе, мы должны формировать единое мнение, и, возможно, в группах мы сегодня уже занимались этим. Но, тем не менее, вы должны понимать: всё то, что мы говорим сейчас, будет ещё дорабатываться в будущем.
Я хочу сказать, что те, кто остались дома, возможно, даже более желают работать по этой проблематике, чем вы. То есть мы должны вовлекать более широкие слои общественности, и этот обмен информацией, обмен опытом будет очень продуктивен именно с практической точки зрения. Таким образом, мы сможем получить своё представление о том, что имеет преимущественное значение для наших конкретных стран. И в этом случае мы, конечно, достигнем успеха. Большое спасибо.

Ведущий. Секундочку. Я бы хотел сейчас закрыть обсуждение этих пяти пунктов повестки, которое у нас было и дать возможность выступить очень кратко, не больше, чем по минуте, если у кого-то есть какие-то общие комментарии и общие слова ко всей резолюции, ко всему документу.

Реплика. Я хочу сказать по последнему выступлению, что мы сейчас должны сформулировать гораздо более широкую и более острую повестку дня, чем ту, которую от нас возьмут шерпы. Потому что мы, конечно, работаем с перспективой, чтоб к ним попало самое важное, но если мы будем ограничиваться и приспосабливаться только к тому, что проходимо, и обходить все острые углы, то, по-моему, тогда нам нечего будет делать дальше.
Они всё примут или скажут: «Ребята, ладно, сделаем, успокойтесь». Ведь нам нужно сформулировать и свою повестку. Другое дело, что не всё пройдёт, не всё хорошо сформулировано, не всё проходимо идеологически с точки зрения политкорректности и прочего. Ну и пусть. Но почему нам не сформулировать свою повестку, которая будет работать дольше, чем все шерпы на всём земном шаре?

Ведущий. Хочу, всё-таки, ещё предоставить слово тем людям, которые ещё ни разу не выступали. Извините меня, пожалуйста.

Реплика. У меня очень общий комментарий. Речь идёт о гуманизации нашего образования. Вы все немного напуганы напором инвалидов и тем, кто нас поддерживает, и мы вас прекрасно понимаем. У вас у многих в голове не существует правильного понимания, что такое инклюзивное образование, что такое социальный подход к инвалидности и т. д., но самое главное – мы стареем. Население стран «восьмёрки» стареет. У нас появляется всё больше инвалидов. А если честно сказать, то здоровых людей среди нас единицы. Есть плохо обследованные.
Поэтому речь идёт о гуманизации. Всё, что здесь говорилось во всех группах, и то, о чём говорила Марина Соколова, что давайте вот это слово, пускай это будет не слово «инклюзия», которое всех пугает, пускай это будет слово «гуманизация».
И мигранты, и национальные меньшинства, и инвалиды и т. д. Не дети должны подстраиваться под нашу жёсткую образовательную систему, а эта система должна подстраиваться под них. Каждый человек нужен, важен, и без него нельзя на этой земле. Понимаете?

Ведущий. Спасибо большое. Пожалуйста.

Реплика. Спасибо. Если можно, я, всё-таки, откликнусь и на вопрос о взаимоотношении конфессии и школы. Мне кажется, очень осторожно надо подойти к этому вопросу. Это сочетание совершенно разных миров, и достаточно вспомнить, к чему привели датские карикатуры. Тут надо очень осторожно.
Теперь общее замечание. То, что сейчас сказала дама. Мы ни в коей мере не напуганы. Просто не нужно ставить вопрос «или». Вопрос - «и».
И обязательно инклюзивное образование, о котором мы говорили, и те вопросы, которые мы ставим, за которые нас обозвали глобалистами, как я понимаю.
То неприятие, которое у меня было со вчерашнего дня, и я вам его высказала, сейчас, после того, как группы зачли свои заявления, его уже нет.
Но я хочу сказать следующее: сейчас идёт десятилетие ООН «Образование в целях устойчивого развития», там всё прописано, записано, и нам не надо открывать велосипед. К сожалению, тут очень много прозвучало предложений, которые давно фигурируют в ооновских документах и т. д. Поэтому я призываю: наверняка будет создана редакционная группа, и надо будет отличить предложения на местном уровне, локальные предложения, от тех глобальных, которые хорошо корреспондируют с теми международными документами, которые уже есть.
И в этом плане я бы очень хотела видеть в редакционной группе Викторию Элиас, которая является экспертом на уровне и Европейской экономической комиссии, и на ооновских более высоких уровнях. И очень хотелось бы, чтоб наш документ действительно звучал в международно принятых терминах и корреспондировал с теми документами, которые уже работают. Тогда он будет воспринят серьёзно. Спасибо.

Ведущий. Пожалуйста. И потом Вы.

Сергей. Я, всё-таки, хотел бы вернуться… Я подозреваю, что будет ошибочна так формулировка, где мы предлагаем средства массовой информации, которые работают на образование, создавать государству. Я бы предложил формулировать так…

Вопрос. Можно, я прочту, чтобы мы не спорили о том, чего нет?

Ведущий. Да.

Реплика. Рекомендовать в государственных и ведомственных СМИ создавать постоянно действующие программы в сфере гражданского образования. Первое. Создавать для этого специальные фонды и практиковать заказ, то есть конкурс на создание подобного рода программ уже не в государственных СМИ.
Вот и всё. Никаких СМИ создавать не надо, то есть в частные СМИ влезать.

Вопрос. Разве не то же самое?

Сергей. Так точно, это один к одному. Я прошу прощения, но одно дело…

Ведущий. Хорошо. Можно, мы не будем открывать дискуссию? Мы Вас услышали.

Сергей. Я бы предложил сформулировать всё-таки так: оказывать поддержку общественным средствам массовой информации и программам, создаваемым институтами гражданского общества наравне с государством.

Ведущий. Хорошо, подойдите, пожалуйста, продиктуйте этот текст.

Реплика. Обсуждение тоже было ограничено, я вот к секции, которая Education Loaning, с этим материалом. Безусловно, актуально всё и очевидно по призыву, но мне бы хотелось сделать один акцент. Может быть, было бы разумно, чтобы в вашем документе прозвучал этот акцент.
Если мы говорим о глобальном мире, в котором возможности education далеки от совершенства сегодня, и мы говорим о том, что человек может и должен иметь возможность саморазвиваться и повышать свой уровень за счёт каких-то дополнительных источников, то мы должны помнить о том, что любой человек должен иметь возможность научиться получать знания.

Ведущий. Большое спасибо. У меня к Вам просьба: Вы подойдите, пожалуйста, мы сейчас тут все сядем, останемся и будем всё дописывать. Подойдите, мы всё услышим.

Реплика. Большое спасибо за приглашение на это мероприятие. Я хотела бы сделать два небольших замечания по нашей проблематике, связанной с образованием.
Я хотела бы подчеркнуть, что мы постоянно повышаем уровень нашей образованности, и при этом границы между какими-то национальностями в рамках одной страны или другого территориального образования постепенно смываются. Не нужно об этом забывать. И мы не должны упускать это при рассмотрении вопроса образования.
Национальность теряет значение в настоящем мире в условиях глобализации. И необходимо адаптировать нашу систему образования к изменениям, которые происходят в мире. Это касается и религиозного обучения, и других аспектов, и всех основных культур. Необязательно при этом говорить людям: «Вот в это вы должны верить, а в это не должны верить». Нужно подойти с какой-то новой позицией, посмотреть на всё это с новой точки зрения.
Мы живём в этой всемирной деревне. Границы исчезают. Мы должны иметь уважение друг к другу.

Реплика. Моё замечание касается документа, который должен быть амбициозным, но при этом слишком сложным. Итак, мы практически всё время уделили обеспечению вопросов образования, и наша задача или, скорее, задача наших редакторов – создать документ таким образом, чтобы он излагал мысли доступным, простым образом и таким образом шерпы рассмотрят его с удовольствием. А если он будет слишком сложным, тогда его просто отметут в сторону и выбросят в мусорную корзину.

Реплика. Вы знаете, я хотела бы оспорить эту позицию. Если мы имеем дело с документом объёмом в полстраницы, что это за документ такой? Я что-то не видела таких документов. И когда наше руководство, шерпы, увидят этот документ, они скажут: «А что, собственно, предлагается? Как можно изложить мысль?» Конечно, что они будут подразумевать какое-то развитие. Понимаете, наши шерпы хотят не просто какие-то общие концепции, общие слова, а конкретные решения, конкретные предложения. Это все, конечно, трудно оформить в документе размером полстраницы. Что это такое?

Участник. А если вы будете говорить с шерпами обычным образом, как вот моя организация обычно делает, - если вам на самом деле позволят это сделать, потому что это не так просто, - то я могу вас уверить, что им нужно от нас – это специфические конкретные предложения, которые они могут потом дальше предложить. И у них не будет много времени на обсуждение. Еще состоятся до саммита четыре встречи шерп, поэтому у нас тоже не так много времени. Они потратят два часа, не больше, на обсуждение вопросов образования. Им нужно обсуждать вещи, которые очень четко и просто изложены. Каждый из них будет обладать какой-то фоновой информацией, какими-то фоновыми знаниями, и поэтому нам необходимо создать такой документ, который был бы очень четко и хорошо составлен. И обязательно никаких политических терминов не использовать там.

Лопухин. Мне остается добавить только большую благодарность вам всем за участие в этой группе. Я могу с гордостью сказать, что в нашей группе принимало участие больше всего людей, и мы поставили абсолютный рекорд. Я разговаривал с лидером группы «Энергетической безопасности», который был удивлен, что у нас больше людей, чем на «Энергетической безопасности».
И это правильно. Мне кажется, что гражданское общество вопросы образования должны волновать больше. Еще раз всем большое спасибо. Все те, кто готов помочь редакционной группе сейчас что-то сделать, какой-то текст, давайте мы около этого компьютера сейчас соберемся и за оставшиеся примерно полчаса, я надеюсь, это сделаем. А остальные могут еще успеть попить чай. Спасибо большое.

Участник. Антон очень хорошо работал с нами, давайте поаплодируем ему за его работу, за его участие, за его председательство.
(аплодисменты)

Участник. Антон, объявите, пожалуйста, план после кофе-паузы. Что будет после кофе-паузы?

Лопухин. После паузы будет общее заседание. В общем зале, там, где была вчера встреча с шерпами.



 



философские стихи и проза о жизни

дизайн интерьера квартир, домов в Минске

горящие туры на кипр дешево

в солнечную испанию от турагентства зеленограда мира турс

конкурс рецептов яблочных пирогов







Точки зрения

Регина Гюнтер

02.12.06

Регина Гюнтер
Глава германского отделения Всемирного Фонда дикой природы
Марек Хальтер

02.12.06

Марек Хальтер
Французский колледж
Оливье Жискар д’Эстен

02.12.06

Оливье Жискар д’Эстен
Комитет в поддержку всемирного парламента COPAM
Мика Обаяши

02.12.06

Мика Обаяши
Институт устойчивой энергетической политики
Бил Пейс

02.12.06

Бил Пейс
Федералисты мира


Официальный сайт G8

Разработка сайта Интернет-технологии янв-март 2006
Поддержка и продвижение сайта март 2006 – 2011 Интернет-агентство Бригантина